Перуница

» » Как и зачем Русь превратили в Украину

История » 

Как и зачем Русь превратили в Украину

'Как

ПОХИЩЕНИЕ ИМЕН

Похищение имен, или история о том, как и зачем Русь превратили в Украину, а русский язык — в «iноземну росiйську мову»
15 лет назад, 24 августа 1991 г., коммунистическое большинство Верховной Рады под давлением депутатов-националистов и «демократической улицы» проголосовало за Цекларацию о государственной независимости Украины. Тем самым в существовании СССР была поставлена большая жирная точка: получить на декабрьском референдуме о независимости результат, желательный для тогдашней номенкпатурно-сепаратистской власти, оказалось делом техники.

Вместе с тем события августа-декабря 1991 г. поставили под вопрос исторический выбор, олицетворением которого является Переяславская Рада. С тех пор многие наши сограждане живут с тревожным ощущением того, что в их личной судьбе и в судьбе Украины вот-вот случится нечто необратимо-непоправимое. Пытаясь понять, что их ожидает в грядущем, люди пристально вглядываются в прошлое своей страны - далекое и не очень. И находят там объяснение того, что и почему с ней происходит в настоящем и чем это чревато в обозримом будущем. Причем разгадку всех волнительных загадок гарантирует лишь по-настоящему честный ответ на вопрос о том, в силу каких таких причин, при каких обстоятельствах и когда на месте изначальной Руси водворилась иная реальность -Украина.

ПРОИСХОЖДЕНИЕ РУСИ

В самом начале «Правды Русьской» - сборнике норм древнерусского права, древнейшая редакция которого создана в Киевской земле при Великом князе Ярославе Владимириче Мудром (г.р. - 987, годы правления -1019 - 54) - есть интересное свидетельство того, что еще в первой половине XI в. понятия «русин» и «Словении» обозначали представителей двух разных этносов (фотокопия первой страницы «Русской Правды» - в 1-м томе «IcTopiT УкраТнськоТ РСР». К., изд-во АН УССР, 1953, с.71). «Повесть временных лет», которая в последний раз подвергалась редакторской правке в 1118 г. при Мстиславе Великом, сыне Владимира Мономаха, тоже четко различает их. Вот, к примеру, описание войны 6526 (1018) г. за великокняжеский стол в Киеве: «Ярослав же, собрав русь, и варягов, и словен, пошел навстречу Болеславу и Святополку...» (Цит. по: сб. «От Корсуня до Калки». М., «Молодая гвардия», 1980, с. 489).

Согласно все той же «Повести...» (точнее, ее вводной, наиболее ранней части, именуемой «Начальной летописью»), словене - это жители Новгорода и его окрестностей, а русь - это новое имя полян («поляне, яже ныне зовомая Русь») - племени, жившего на правом берегу Днепра в районе и ниже Киевских гор. При этом летописец настойчиво, в нескольких местах подчеркивает, что они - тоже славяне, только сменившее свое первоначальное имя - надо полагать, вследствие расселения в лесостепной зоне (в полях).

Впрочем, изрядную путаницу в определение этногеографических пределов изначальной Руси вносят сами же авторы и редакторы «Повести...». Особенно когда утверждают, будто свое имя Русская земля получила от варяжского племени, выходцами из которого были конунги (военные вожди) Рюрик, Синеус и Трувор (Hroerekr, Signiutr, Thorvardtr), призванные чудью, словенами и кривичами «княжити и володети» собою. Во-первых, ни письменная история, ни северогерманский фольклор не знают скандинавского этноса с таким именем. Во-вторых, если составители «Повести...» правы, то тогда непонятно, почему этноним «русь» легко и прочно закрепился в Полянской земле (не с подачи ли конунга Helgi, известного нам как князь Олег, который в 882 г. повелел считать Киев «мати гра-домъ Русьскимъ»?), зато в земле приильменских словен-там, где, по утверждению летописца, первой осела вся варяжская русь - это имя не прижилось даже при Ярославе Мудром, т.е. в период наивысшего могущества державы Рюриковичей.

Все встанет на свои места, если знать, что в состав Полянского племенного союза, сложившегося к началу IV в. в Среднем Поднепровье, входило и племя приднепровских русов - потомков северогерманского племени росомонов, которых Л. Н. Гумилев наряду с причерноморскими готами называет «осколком великого переселения народов, застрявшим в Восточной Европе» («Этносфера». СПб., ООО «Издательский Дом «Кристалл», 2002, с.434). По мнению этого ученого, в VI-VIII вв. заметно ославя-ненные русы распространились и на Левобережье, «где ими были построены Чернигов и Переяславль» (там же, с.433).

В то же время русы оказали влияние на полян, передав им не только свой этноним, но и ряд чисто германских традиций - «утренний дар» (Morgengabe) жениха невесте, трупоположение, а не сожжение, и т.д. (А. Г. Кузьмин, А. Ю. Карпов. «Златоструй. Древняя Русь X - XIII веков». М., «Молодая гвардия», 1980, с. 42). Не случайно поэтому первоначальной территориальной локализацией терминов «Русь», «Русская земля» являлся условный треугольник Киев - Переяславль - Чернигов, причем его южная граница проходила по реке с характерным названием Рось. Кроме этих городов, в состав Русской земли входили Вышгород, Белгород, Васильев, Заруб, Треполь, Богуслав, Корсунь и Канев, частично племенные территории северян и радимичей. «Границы Руси свидетельствуют о том, что она была не племенным и не этническим, а политическим государственным образованием», - констатирует в связи с этим М. М. Коринный («УкраТнська радянська енциклопед1я», т. 9. К., 1983, с. 524).

В пользу того, что этноним «русь» присутствовал в окрестностях Киева задолго до призвания новгородцами варягов в 862 г., говорят и другие факты. Под 839 г. Вертинская летопись сообщает, что с послами византийского императора Феофила в Ингельсхайм прибыло несколько человек, «qui se, id est gentem suam, Rhos vocari dicebant». Находясь в 860 г. с ответственной миссией в Херсонесе Таврическом, св. равноапостольный Кирилл (Константин) обнаружил здесь Евангелие и Псалтирь, «русскими письмены писано», а также человека, «глаголюща гою беседою» (т.е. говорящего по-русски). Наконец, окружное послание Константинопольского патриарха Фотия от 866 г. говорит о крещении племени руссов.

Ученые сходятся во мнении, что в связи с возрастанием роли Киева как великокняжеской столицы термины «Русь», «Русская земля» уже к началу XII в. распространились на территорию расселения большинства славянских, ряда финских и балтских племен, подконтрольных династии Рюриковичей. Об этом ясно свидетельствует все та же «Пове сть...», полное название которой, между прочим, звучит так: «Се пов-ьсти времянныхъ л-ктъ, откуду есть пошла Руская земля, кто в Киев* нача перв-fee княжит и откуду Руская земля стала есть» (фотокопия первой страницы Лаврентьевской летописи - в «УРЕ», т. 8. К., 1982, с. 433).

К началу XIII в. название «Русь» стало прилагаться также к северовосточным и северным землям Киевской державы - Ростово-Суздальской и Новгородской. Становление полиэтничной древнерусской народности, обладавшей единым протона-циональным сознанием, сопровождалось затуханием самосознания племенного. Во всяком случае, названия отдельных славянских и неславянских племен вышли из широкого употребления еще до монгольского нашествия 1237 - 41 гг., о чем ясно говорят исторические документы.

Так, согласно резолюции знаменитого съезда в Любече в 1097 г., дело Великого князя Киевского -«думать и гадать о Русской земле», удельных князей - «блюсти Русскую землю и иметь рать с погаными», а ежели кто ослушается, то «да будет на него Крест Честный и вся земля Русская»; Романа Мсти-славича (г.р. - ?, годы правления - 1199 - 1205), князя Галицко-Волынского, местная летопись 1205 г.
величает «самодержцем всей Русской земли» (а не тиверцев, уличей, дулебов и белых хорватов).

ДВЕ РУСИ - ВЕЛИКАЯ И МАЛАЯ

Разгромив удельные русские княжества, монголы, говоря современным языком, создали «санитарный кордон» на участке Рыльск- Воргол (т.н. «Ахматовы слободы»), который на долгие годы вперед перерезал прямые пути сообщения между Русью Приднепровской и Русью Залесской, лежащей за брынскими (т.е. брянскими) лесами. В итоге получилось как бы две Руси. Поскольку же митрополит Киевский и всея Руси пребывал в иерархическом подчинении у Константинопольского патриарха, византийцам пришлось найти способ их различения. При этом греки воспользовались хорошо известным им географическим термином: страна Малая или Меньшая, т.е. коренная, изначальная, и страна Великая или Большая, т.е. присоединенная к историческому центру путем колонизации.

В пределах Малой Руси находились Киев (до 1299 г. - резиденция митрополита), Галицкая, Владимир-Волынская, Холмская, Перемышльская, Луцкая и Туровская епархии. Обращаясь к Великому князю Литовскому Любарту Гедиминовичу с просьбой не добиваться создания в его владениях отдельной митрополии, император Иоанн Кантакузен в письме от 1347 г. обосновал свою позицию следующим образом: «Ты знаешь, что так было установлено и узаконено с той поры, как народ русский познал Бога и просветился святым крещением, дабы был один митрополит - Киевский, для всей России - как для Малой, так и для Великой» (цит по: А.В.Стороженко. «Малая Россия или Украина?». Сб. «Украинский сепаратизм в России». М., 1988, с. 282).

Существует несколько научных версий того, почему в слове «Русь» византийцы заменяли звук «у» звуком «о». На мой взгляд, все дело в том, что в греческом языке нет чистого «у». При его передаче в словах иностранного происхождения используется буква «омега», обозначающая долгое «о» -возможно, потому, что этот звук наиболее близок к дифтонгу «оу». Что до окончания «-иа», то в греческом языке оно всегда служит для обозначения отдельных стран и государств. Отсюда второе, параллельное имя Руси - Россия, постепенно (особенно в эпоху Петра I) вошедшее в повсеместный оборот.

Надо сказать, деление Руси на Великую и Малую прижилось достаточно быстро. Например, в грамоте к Великому магистру Тевтонского ордена Цитриху от 20 октября 1335 г. Галицко-Волынский князь Юрий II именует себя «Dei gratia natus dux totius Russiae mynoris» («Божьей милостью прирожденный князь всей Малой Руси»). Но, с другой стороны, простой народ Малой Руси сам себя никогда не называл канцеляризмом «малороссы». На вопрос о том, какого ты рода-племени, ее житель без запинки отвечал: «Я русин!». Вот, к примеру, фрагмент «лямента» (плача) Львовского ставропигиаль-ного братства, датированный 1609 г.: «Утяжелени естесмо мы, народ Русский, от народа Польского ярмом.., чим бы толко человек жив быти могл, того неволен русин на прирожоной земли своей Русской уживати, в том-то русском Лвове» (там же). И так было вплоть до конца XIX - начала XX вв., когда, использовав в своих целях реальные этнографические различия между великорусской и малорусской народностями, накопившиеся за века их раз-цельного существования, внешние и внутренние враги Русского государства ввели в действие долгосрочный план его расчленения и уничтожения. План, осуществляемый и по сию пору.

ТЕРМИН «УКРАИНА»

В летописных памятниках Древней Руси слово «украина» (точнее, «оукраина» - с ударением на первом «а») впервые встречается под 1187 г. Повествуя о походе на половцев, который предприняли князья Святослав Всеволодович, Рюрик Ростисла-вич и Владимир Глебович, составитель Ипатьевской летописи (конец XIV - начало XV вв.) сообщает, что на обратном пути «разболеся Володимеръ Глебовичъ болестью тяжкою, ею же скончася. О нем же оукраина много постона». Смысл последней фразы совершенно ясен: «много постона» не вся Русь, а лишь пограничная Переяславская область, в которой правил умерший князь и которая больше других страдала от набегов степных кочевников.
Под 1213 г. та же летопись сообщает о том, как Галицкий князь Даниил Романович вернул себе пограничные русские города, отобранные перед тем польским королем Пешком Казимировичем. Даниил «еха с братомъ и прия Берестий, и Угровескъ, и Верещинъ, и Столпье, Комовъ и всю оукраину». Отсюда ясно, что тогдашняя Русь имела два погра-ничья, две «украйны»: на востоке - от половцев, на западе - от ляхов.

Изрядное число «укряин» - мещерских, мордовских, рязанских, смоленских и даже сибирских -было и в Московском государстве. В Новгородской летописи под 1517 г. читаем: «По королеву совету Жигимонтову приходиша крымские татарове на Великого князя украину около города Тулы». В 1580 г. государь отдает распоряжение о том, «как быть воеводам и людям на берегу (т.е. по Оке. - авт.) по украинским городам от крымские украйны и от литовския» (цит. по: А. М. Волконский. «Историческая правда и украинофильская пропаганда». Сб. «УСвР», с. 29).

В Речи Посполитой термин «украина» в значении «пограничье» утвердился для обозначения территории Киевского, Брацлавского и Подольского воеводств, соседствовавших с Диким Полем. Недаром в 1578 - 80 гг. король Стефан Баторий рассылает своим подданным универсалы с характерным обращением: «Всем вообще и каждому в отдельности старостам, подстаростам, державцам, князьям, панам и рыцарству, на украине Русской, Киевской, Волынской, Подольской и Брацлавской живущим». Самуил Грондский, автор изданной в 1660 г. на латыни истории польско-казацких войн, поясняет: «Margo enim polonice Kray; inde Ukrajna, quasi provincia ad fines Regni posita» («Margo по-польски Край; отсюда Украина - как бы провинция, расположенная у края Королевства»).

Первой топографической фиксацией термина «Украина» стала изданная в 1650 г. в Руане книга «Description d'Ukraine», принадлежащая перу военного инженера и картографа Гийома Левассера де Боплана, который по приглашению короля Сигизмун-да III в 30-40-х гг. XVII в. служил офицером польской армии, а по поручению короля Владислава IV и коронного гетмана Конецпольского составил подробную карту пограничных земель Речи Посполитой. Примечательно, что, озаглавив свой труд «Описание Украины от пределов Московии до границ Трансиль-вании», автор называет коренной народ этой страны не иначе как «русским, русскими» (см. сб. «Страна казаков». К., «Радуга», 2004).
К этой же эпохе относится и Освободительная война 1648 - 54 гг. под предводительством Богдана Хмельницкого, который сам себя именовал «гетманом славного войска Запорожского и всее по обеим сторонам Днепра сущей Украины Малороссийской». За 2 года до Переяславской Рады он обратился к царю Алексею Михайловичу с письмом, в котором есть такие примечательные слова: «Уже 6 лет молим» принять Малую Русь, «дабы имя русское не помянулось (т.е. не исчезло. - авт.) в земле нашей».

УКРАИНЦЫ КАК ЭТНОНИМ

Впервые мысль об изначальной национальной отдельности украинцев высказал граф Ян Потоцкий в «Очерке историческом и географическом^кифии, Сарматии и Славян», изданном в 1795 г. на французском языке. Правда, этот польский ученый не пошел дальше утверждения, что-де украинцы произошли от полян, древлян, волынян и бужан, как если бы эти племена развивались в отрыве от остальных восточнославянских субэтносов. Другой польский граф - Тадеуш Чацкий - в псевдонаучном труде «О названии «Украина» и зарождении казачества» (1801 г.) уверял, будто украинцы произошли от ук-ров - особой варварской орды (в действительности никогда не существовавшей), которая якобы в VII в. прикочевала из-за Волги в Среднее Поднепровье и передала ему свое имя. Из фантастических польских теорий выходило, что-де в украинцах нет ничего собственно русского, стало быть, участвуя в разделах Речи Посполитой 1772 - 95 гг., Екатерина II присвоила изначально чужое, а не вернула России ее историческую колыбель.

Центром пропаганды подобного рода идей в начале XIX в. стал, как это на первый взгляд ни странно, Харьковский университет. Дело в том, что его попечителем был граф Северин Потоцкий, родной брат Яна Потоцкого, привлекший к преподаванию целый ряд профессоров польского происхождения. Они-то и стали распространять вымыслы об «изначальной отдельности украинцев» на территории Слобо-жанщины и Малороссии.

Характерный факт: против подобных фальсификаций гневно протестовал анонимный автор «Истории Руссов» (предположительно Г. А. Полетика либо его сын В. Г. Полетика), появившейся в тогдашнем «самиздате» сразу же после выхода в свет писаний великодержавных польских националистов, засевших на русской государственной службе (при Александре I Ян Потоцкий служил в российском МИДе, а Фаддей Чацкий был ревизором народных училищ Волынской, Подольской и Киевской губерний, основателем и покровителем Кременецкого лицея).

Вообще Александр I - этот венценосный либе-рал-«перестройщик» на троне - проводил такую национальную политику, результаты которой все мы с вами расхлебываем до сих пор. Под влиянием своего друга юности Адама Ежи Чарторий-ского (из рода ополяченных волынских князей) император не только оставил за поляками руководящую роль в западнорусских областях, возвращенных Екатериной Великой, но и заметно укрепил их позиции, передав в польские руки всю систему народного образования Правобережной Малороссии. Здесь воздвиглись такие духовные твердыни полонизма, как Кременецкий лицей и Уманское базилианское училище, а весь край покрылся густой сетью польских поветовых школ. В результате эти земли подверглись такой свирепой полонизации, каковой они не знали даже во времена Речи Посполитой. «Развитие русского национального самосознания и пробуждение русских национальных чувств сделались совершенно невозможными», - констатирует в связи с этим глава дореволюционного Переяславского земства А. В. Стороженко, который в эмиграции писал под псевдонимом А. Царинный («Украинское движение». Сб. «УСвР», с. 145).

Появление украинства как политического движения, имеющего цель национальное обособление народа Малой Руси от остальной России, прямо связано с борьбой польских националистов за воссоздание их колониальной империи «од можа до можа» («от моря до моря»). Методы этой борьбы исчерпывающе выразил генерал Меро-шевский: «Бросим огни и бомбы за Днепр и Дон, в самое сердце Руси; возбудим ссоры в самом русском народе, пусть он разрывает себя собственными когтями. По мере того как он ослабляется, мы крепнем и растем» (цит. по: М. Б. Смолин. Предисловие к сб. «УСвР», с. 11).

Итак, поначалу это движение оформилось в Уманском кружке польской молодежи - ученых и поэтов, воспитанников Базилианского училища (Северин Гощинский, Богдан Залесский, Михаил Грабовский и др.). Свою родную Киевщину они считали неотъемлемой частью Польши, себя называли «украинцами», однако, будучи чистопородными ляхами, изъяснялись и писали все-таки по-польски.

После разгрома Польского восстания 1831 г., в котором самое активное участие приняли не только уманские «украинцы», но и экс-министр иностранных дел Российской империи А.-Е. Чар-торыйский (был председателем Польского национального правительства), кружок прекратил свое существование. Однако его эстафету подхватили другие - в частности, тайное Кирилло-Мефо-диевское братство, созданное в Киеве в декабре 1845 г. Главными его деятелями были педагог Н. И. Гулак, историк Н. И. Костомаров (в 1836 г. закончил Харьковский университет), драматург П. А. Кулиш (с детства находился под идейным влиянием М. Грабовского), художник и поэт Т. Г. Шевченко, влюбленный в польскую революционную поэзию и дружный с рядом польских националистов. Именно отсюда - откровенно антирусские мотивы в творчестве Тараса Григорьевича («Кохайтеся, чорнобривi, та не з москалями, москалi - чужi люди, лихо роблять з вами...»; «Ой Богдане, Богдане, неро-зумний сину! Подивись тепер на Maтip, на свою Вкраiну... Якби була знала, у колисцi б придушила, пiд серцем прислала!..»; «Кайдани порвiте, i вражою злою кров'ю волю окропiте!..»).

При этом уместно подчеркнуть, что деятели Ки-рилло-Мефодиевского братства уже вовсю оперировали термином «украинский» не в географическом, а в этнонациональном его смысле. Об этом ясно говорит и программный документ братства - «Книга буття украТнського народу».

Очередным этапом украинского движения стала «Громада», организованная в Киеве приват-доцентами университета св. Владимира М. П. Драгомановым (русский полтавец), В. В. Антоновичем (поляк) и автором гимна «Ще не вмерла...» П. Г. Чубинским (русский полтавец). Многие члены «Громады» впоследствии участвовали в создании «Просвиты» в Киеве, Полтаве, Екатеринославе, Одессе, Чернигове и других городах. Определенную роль в становлении украинского национального самосознания сыграли также такие, безусловно, талантливые литераторы, как Леся Украинка и Михаил Коцюбинский, политологи и публицисты Вячеслав (Вацлав) Липинский (поляк), Дмитрий Донцов (русский) и др.
В целом же до крушения Российской империи в ходе обеих революций 1917 г. украинское движение как движение национальное было делом сравнительно узкого круга интеллигенции, проникнутой идеями народофильства, социализма, республиканства и демократии. Основная же масса населения Малороссии, Слободской Украины и Новороссии оставалась абсолютно равнодушной к этому движению, которое, в свой черед, было всего лишь одним из отрядов всероссийской революционной смуты. Недаром по итогам выборов в Государственную Думу всегда формировались национальные депутатские курии - польская, еврейская, армянская, грузинская, татарская и т.д., но никогда-украинская.Более того, партия «самостмниюв», которая в январе 1918 г. на выборах в украинское Учредительное собрание выступила под лозунгами «незалежносп», «потерпела во всей Малороссии самое жестокое поражение и собрала совершенно ничтожное количество голосов» (А. И. Савенко. «К вопросу о самоопределении населения Южной России». Сб. «УСвР», с. 293).

Вспомним, наконец, горькое признание одного из лидеров Центральной Рады В. К. Винниченко, сделанное им уже в эмиграции: «Я в то время уже не верил в особые симпатии народа к ЦР. Но я никогда не думал, что в нем может быть такая ненависть. В особенности среди солдат. И особенно среди тех, которые даже не могли говорить по-русски, а только по-украински, которые, значит, были своими, украинцами. С каким презрением, злобой, как мстительно они глумились над Центральной Радой, над генеральными секретарями (министрами), над их политикой. Но что было в этом действительно тяжело и страшно, так это то, что они вместе с тем осмеивали все украинское: мову, песни, школу, газету и украинскую книгу... И это были не одна или две случайные сценки, но всеобщее явление от одного конца Украины до другого» («Вщродження наци», ч.З. Вена, 1920, с.295-261). И еще: «Часто среди крестьянства, до того не слыхавшего имени Петлюры, раздавались такие речи: «Ага, теперь Петлюра идет на гетмана. Она ему покажет! Слава Богу, больше не будет этой Украины» (В. К. Винниченко. «Из истории украинской революции». Цит. по: сб. «Революция на Украине». М.-Л., Госиздат, 1930, с. 278. Репринт 1990 г.).

УКРАИНСТВО В ГАЛИЦИИ

Совершенно иным путем шел украинский этногенез в Галиции. Как известно, она стала первой из русских земель, которую оккупировала Польша: первая попытка аннексировать ее была предпринята в 1349 г., вторая, более успешная - в 1387 г. С тех пор и вплоть до первого раздела Речи Посполитой в 1772 г. Галиция была колонией Польши, затем до 1 ноября 1918 г. она входила в состав Австро-Венгрии. Если не считать более чем кратковременной власти правительства Западно-Украинской Народной Республики над частью территории Червонной Руси (с 9.11.1918 по 16.11.1919), то до середины сентября 1939 г. Галиция вновь пребывала под юрисдикцией Варшавы (согласно вердикта Совета послов Парижской мирной конференции от 14.03.1923). Впрочем, в составе империи Габсбургов русский народ Прикарпатья фактически находился под игом все той же католической шляхты: в 1849 г. край получил административный статус Галицкого наместничества, которым руководил назначаемый кайзером наместник — исключительно из числа польских аристократов.

Дело в том, что до 1848 г. венское правительство вполне признавало за галичанами их русское происхождение и национальное единство с русскими в Российской империи. Однако после похода русской армии в Венгрию, подавившей тамошний масонский путч (т.н. «революцию»), и особенно при явном желании Николая I обменять Галицию на Царство Польское (автономное государственное образование с центром в Варшаве, созданное на этнических польских землях решением Венского конгресса 1815 г.), которое его отец Александр I непонятно зачем присоединил к России, австрийская монархия резко изменила свою политику в отношении русских галичан. В том же 1848 г. губернатор Галиции граф Стадион поставил перед правительством вопрос о том, что называть их «русскими» опасно для государственного единства империи, после чего власти стали официально именовать их «рутенами» (Ruthe-nen). Известны и слова графа, сказанные им в связи с этим депутации русинов: «Вы можете рассчитывать на поддержку правительства в том случае, если захотите быть самостоятельным народом и откажетесь от национального единства с народом государства, именно в России, т.е. если захотите быть рутенами, не русскими. Вам не повредит, если примете новое название для того, чтобы отличаться от русских, живущих за пределами Австрии» (цит. по: М. Б.Смолин. Предисловие к сб. «УсвР», с. 11).

И действительно, русины представляли собой потенциальную опасность для лоскутного колониального рейха германской династии Габсбургов. Под влиянием «весны народов» «с 1848 г. русины в Австр1и проникнулись русским национальным духом. А вскоре они поделились на две партш: старорусскую и молодорусскую, последняя также назвалась украинофильской. Старорусская парля держалась идеи общности всего русского народа, как в Poccin, так и в Прикарпатской Руси... Австр1йцы и поляки поддерживали молодороссов», -свидетельствуют исторические хроники на живом русинском языке, приведенные в изданной в 1970 г. в США книге Федора Степуна «Прикарпатская Русь под владеыем Австр1и» (цит. по: «Любовь и споры». «Литературная газета», 20.02.1991).

Примерно в этот же период правящие круги Австро-Венгрии обратили внимание на зарождавшееся украинское движение в России. Именно тогда у Вены и ее союзника Берлина возник соблазн использовать его для дестабилизации Русского государства изнутри, с тем чтобы при определенном стечении обстоятельств оторвать от него весь юг вплоть до Кавказа (а если получится, до Каспия) и под видом «Королевства Украина» включить в состав своей империи. Косвенным образом об этом свидетельствует откровенно антироссийская позиция Австрии в Крымской (Восточной, как ее тогда называли, войне), прямым - географические карты, обнаруженные у австрийских и германских солдат, плененных в начале Первой Мировой.

Разумеется, для достижения подобных целей Габсбургам нужны были свои собственные, доморощенные «украинцы», люто ненавидящие само имя «Русь», зато по-собачьи преданные Вене и Ватикану. В рекордно короткие исторические сроки они и были созданы. Какими средствами?
25 ноября 1890 г. в Галицком Сейме депутаты Юлиан Романчук и Андрей Вахнянин (оба - учителя русских гимназий, т.е. государственные служащие) выступили с заявлением, что-де «население Галиции не имеет ничего общего ни с Россией, ни с русским народом, но свято хранит верность императорскому дому Габсбургов и Католической Церкви». Именно с этого момента этнические мутанты начинают усиленно пропагандировать свое новое самоназвание, и уже в 1895 г. в ходе-новых выборов в Сейм Коронного края Галиции и Лодомерии (от нем. «Владимир-щины». - авт.) место русских депутатов занимают «украинские».

«Новые украинцы» получают места в администрации, лучшие церковные приходы. «Заявляю, что отрекаюсь от русской народности, что отныне не буду называть себя русским, а лишь украинцем и только украинцем», -такую расписку под давлением властей вынуждены были писать те выпускники духовных семинарий, которые не желали мыкаться без дела. Издания «украинцев», их библиотеки, клубы, учебные заведения, кооперативы щедро финансируются из госбюджета. Иуды отрабатывают свой «тридцатник» по полной программе. «Каждый украинец должен быть добровольным жандармом, следить и доносить на москвофилов», - призывал один из таких иуд, депутат Барвинский.

Доносами дело не ограничивается. Русские подвергаются политическим преследованиям и экономическому давлению. Предоставление ссуд нищим, малоземельным крестьянам было обусловлено опять же их согласием признать себя «украинцами». Многие, находясь на грани разорения и голодной смерти, соглашаются. Над упрямцами устраивают образцово-показательные судебные и внесудебные расправы с типовым обвинением в «подрывной антигосударственной деятельности».

Особое внимание, как всегда, молодежи. Доступ к среднему, а тем более высшему образованию, к занятию соответственных должностей в госструктурах и частных предприятиях - исключительно для «украинцев». Русских откровено опускают на социальное дно, выдавливают на маргинес. Это действует. Во многих семьях неожиданно появляются цетки-«украинцы». Разделением охвачены целые села, и чем дальше, тем чаще оно выливается в кровавую резню. На чьей стороне полиция, войска и гражданская власть, абсолютно понятно.

Пик же прямого физического истребления русских галичан пришелся на Первую Мировую войну, когда их стали безнаказанно убивать прямо на улицах. Сотни тысяч русинов были зверски умерщвлены в концлагерях Терезин и Талергоф. Инициаторами и самыми активными исполнителями этого жуткого, до сих пор официально не признанного и не осужденного геноцида были вожди и актив галицииского «украинства», они же прямые предтечи банде-ровщины. Забегая несколько вперед, отметим: несмотря на беспрецедентный террор, по результатам переписи населения, проведенной в Галиции в 1936 г., русскими назвали себя 1196885 человек, украинцами - 1675870. И это при том, что в условиях межвоенной польской «демократии» открыто объявить себя русскими требовало немалого мужества.

Окончательно же галицийские русины, поголовно записанные в украинцы, исчезли с этнической карты мира лишь после 1945 г. в результате очередного торжества «ленинской национальной политики», то бишь шулерских махинаций официальной советской статистики.

ИДЕОЛОГ УКРАИНСТВА МИХАИЛ ГРУШЕВСКИЙ

Русский дворянин М. С. Грушевский, выпускник историко-филологического факультета университета св. Владимира и лучший ученик тамошнего профессора истории В. В. Антоновича, неожиданно для всех в 1894 г. занял кафедру истории Восточной Европы во Львовском университете (до 1914 г.) и одновременно возглавил общество «Просв1та», которая на субсидии венского правительства вела бурную издательскую деятельность.

Свою войну против русскости Михаил Сергеевич вел под лозунгом «Долой славянщину!». Именно поэтому в сконструированной им косноязычной «мове» все русские и церковнославянские слова (в т.ч. строго научные термины) безжалостно заменены польскими, произносимыми на манер галицко-русской сельской речи. Вот лишь краткий перечень полонизмов, внесенных Грушевским в сочный язык Котляревского и Шевченко: время - час (czas), час - година (godzina), впечатление - враження (wrazenie), любопытство - uiKaeicmb(ciekawosc), стража - варта (warta), крыша - дах (dach, нем. der Dach). Он же ввел фонетическую орфографию (т.е. правописание по выговору), положив в его основу пресловутую «кулЫвку» (уродливый волапюк, изобретенный П. А. Кулишом), а также добавив три новых буквы (обломанное «г», «1» и перевернутое «э», т.е. «е» вместо русского «е») и знак «апостроф»(«'»), выбросив «ы» и «ъ», а ряду других букв («е», «и») придав иное звучание, чем в русском языке.

Вот типичный образец того лингвистического уродства, которое Грушевский вывел путем скрещивания галицко-русской сельской мовы со стилем манерной польской учености: «Ся книга була задумана давно... Одначе р1жн1 пригоди знеохотили мене noTiM до сього дТла, i ттьки минулого року, бажаючи подякувати украТнському громадянству, що приви-тало мене з двадцяти-пятТлит1ем моеТписьменськоТ дТяльност1, вернувсь я до отсього дТла i випускаю тепер отсю книжку. Не знаю, чи треба толкувати, як я м завданне зрозум1в, бо поглянувши в сю книжку кождий тямущий сам то зм1ркуе» («1люстрована icTopifl УкраТни». КиТв - Льв1в, 1913. Репринт: К., 1990). Читая подобные тексты, невольно вспоминаешь выступления по ТВ униатского кардинала Любомира Гузара: язык и стиль один к одному.

Таким образом, усилиями Грушевского и его «однодумщв» было достигнуто и внешнее различие между искусственным новоязом, который его творцы назвали «украшською мовою», и языком русским. Этим чудовищным новоделом пользовались деятели как русофобской «украинской партии» в подавстрийской Галиции, так и Центральной рады, Директории и даже вполне умеренной в национальном вопросе Гетманской администрации. После образования УССР в границах самопровозглашенной УНР этот язык был узаконен в качестве нормативного - правда, с некоторыми не слишком существенными поправками, внесенными в 1927 - 28 гг. в бытность Мыколы Скрыпныка наркомом просвещения Украины. На него тут же перевели не только работу всех официальных учреждений, средних школ и вузов, Ко и написанные до большевистской революции произведения классиков малороссийской литературы. Наиболее одиозные фонетические, лексические и орфографические жаргонизмы «rpyiuiB-ки-скрипниювки», из которой слишком уж явно торчат польско-австрийские «уши», были устранены лишь в мае 1945 г. под руководством тогдашнего наркома народного образования Павла Тычины. Последние коррективы, сближающие украинский язык с современным и древним русским, внесены в 1960 г.

ЛОЖЬ КАК MODUS VIVENDI

О том, каким образом и с какой целью термины «русские» и «Русь» были подменены терминами «Украина» и «украинцы», без обиняков разъяснил сам М. С. Грушевский. «Литературное возрождение XIX в. принимает название «украинского» для обозначения... новой национальной жизни» («Иллюстрированная история украинского народа». СПб., 1913, с.4). Но и это еще далеко не все. Противореча самому себе, Михаил Сергеевич тут же утверждает, что-де «в последнее время» термины «Украина», «украинский» прилагаются «не только в применении к современной жизни, но и к прежним ее фазисам». И так как употребление понятия «русский» в значении «великорусский», «восточнославянский» и «украинский» создает, по словам Грушевского, «путаницу», дающую «повод к постоянным неумышленным и умышленным недоразумениям», то «это обстоятельство принудило украинское общество в последнее время твердо и решительно принять название «Украины», «украинского» (там же, с. 5).

В свете подобных откровений весьма своеобразно выглядят потуги украинских националистов доказать, будто ненавистная им Россия украла у «рщноТ неньки» ее исконное имя. «Назва "Украiна" поступово витюняла приносну, сарматську назву "Русь", яку до того ж почала привласнювати Московiя», - морочит голову читателям один из них (Воло-димирСвтушенко. «Що в iMeHi твоТм, моя ВкраТно?». Газета «Суббота плюс», 30.11.2000). «Назва "Русь" - це стара назва УкраТнськоТ Держави 3i столицею в Kneei. Коли опюля «русским» народом почали неправильно звати себе завойован! нашими князями Москвини - наш народ назвався украiнським, а наш край Украиною» («стор1я УкраТни. Короткий огляд». Тернотль, видавничо-пол1граф1чний комбшат «Збруч», 1991, с. 9). Увы, весь этот клинический бред, выпускаемый «у дар школярам УкраТни», тиражируется в миллионах экземплярах.

Но вернемся к нашим академикам. Метода, примененная Грушевским, называется экстраполяцией, т.е. переносом последующих реалий в прошлое с целью решить определенные задачи в настоящем и будущем. Несмотря на то, что метод этот антинаучен, схема «президента УНР» в общем и целом легла в основу двух официальных концепций отечественной истории - сперва советский, с 1991 г. -украинской. Но если советская хотя бы именовала Киевскую Русь «колыбелью трех братских народов», то нынешняя уверяет, что-де «у трех народов не бывает общей Родины».

Нынешний подход, возведенный в ранг официальной государственной идеологии, уже повлек и еще повлечет за собой серьезные политико-правовые и исторические последствия. Именно он является первоисточником перманентных проблем, которые время от времени ввергают нашу страну в пучину острейших политических кризисов.

Начать с того, что в полном соответствии с воззрениями украинских националистов чисто лингвистический термин «русский язык» у нас еще с советских времен переводят не как «руська», а как «роай-ська мова», этноним «русские» - как «роаяни», а не как «русью». И это при том, что даже в 4-томном «Словар1 украТнськоТ мови» Б. Д. Гринченко, изданном в 1907 - 1909 гг. в Киеве, слово «руський» трактуется как «великорусский», «великоросс» (репринт: К., «Лексикон», 1996, с. 566).
Смысл данных манипуляций заключается в том, чтобы закрепить в общественном сознании следующие идеологемы: «росмська мова» и «роаяни» - это феномены, производные от России (к тому же усеченной большевиками-иудеями до этнографических пределов Великороссии - РФ); на Украину они якобы привнесены извне - в результате, как сейчас принято выражаться, колониальной экспансии московского империализма; стало быть, русские Украины не вправе претендовать на статус, равный статусу титульного государствообразующего этноса; будет с них статуса «нацменьшинства» - наряду с цыганами, евреями, поляками и т.д.

Изначальная порочность подобных подходов становится вдвойне очевидной, если опять-таки обратиться к историческим фактам. А они таковы. Русскоязычный и русскоментальный Юго-Восток Украины - Восточная Слобожанщина, Донбасс, Но-вороссия, Таврия - это зона совместной колонизации со стороны как малороссов, так и великороссов, которые до революции в массе своей обладали единым национальным сознанием. Эта огромная территория практически полностью совпадает с контурами Донецко-Криворожской Республики, которая возникла как естественная реакция на сепаратистский IV Универсал Центральной Рады. Ликвидировав ДКР, большевики без каких-либо референдумов и прочих формально-демократических процедур включили ее земли в состав ими же созданной УССР.
Это во-первых. Во-вторых, националисты всячески замалчивают тот факт, что проклинаемые ими ныне большевики проводили в Малороссии, Ново-россии, Донбассе и Слобожанщине политику тотальной и притом насильственной украинизации системы образования и госаппарата. С этой целью сразу же после XIII съезда РКП(б), утвердившего принцип «коренизации» в нацреспубликах (17 - 25.04.1923) и в очередной раз заклеймившего «великодержавный русский шовинизм», ВУЦИК и Совнарком УССР приняли совместное постановление «Про украТнн зацю...» (1.08.1923). Соответственно при получении новых паспортов - «серпастых и молоткастых» -миллионы граждан с изумлением узнавали, что в одночасье, помимо собственной воли превратились в украинцев. Посему не будет напраслиной сказать, что крестными отцами украинства как национальности являются не только поляки и немцы, но и евреи, а его материнским лоном - неохазарская Совдепия ульяновых-бланков и Троцких.

В-третьих, на Украине до сих пор проживает немало людей, чья родословная не выходит за пределы этой земли, однако они упорно продолжают именовать себя не просто русскими - малороссами (Николай Яременко. «Чайка». Газета «Русская культура Украины», № 4, 2006). Да и многие великороссы, которые переехали на ПМЖ в УССР, никогда не чувствовали здесь (по крайней мере, на Юго-Восто-ке) национального антагонизма. К примеру, мои родители переехали в Запорожье из Владимирской области в 1970 г. (отца как эксклюзивного специалиста по электромузыкальным инструментам с большим служебным повышением пригласили на завод «Преобразователь»). Здесь я пошел во 2-й класс СШ № 61. Моими закадычными школьными друзьями были паспортные украинцы Игорь Стафийчук (Царство ему Небесное!) и Саня Осипенко. Единственное, что отличало нас друг от друга - это произношение звука «г». Да, и еще: свеклу мои кореша «вперто» называли «буряк», тыкву - «гарбузом», арбуз - «кавуном». Конечно, иной раз мы ссорились и даже дрались между собой. Но никогда, ни единого разу в этих мальчишеских стычках «до первой крови» не было национального подтекста, не было грязных, оскорбительных кликух типа «укрюк» или «москаль».

Разумеется, из всего сказанного выше вовсе не следует, будто украинской нации «не существует» или что она локализована лишь в Галиции, на Волыни и в Подолье. Просто она прошла (и до сих пор продолжает проходить) свой особый путь становления - во многом уникальный и даже тернистый. Утверждения о том, что-де украинцы - это «фикция», не выдерживают критики.
Помнится, в ходе одного из «круглых столов», проведенных 18 мая 2004 г. в Запорожье в рамках Собора славянских народов, один общественный деятель из Крыма посвятил теме мнимого «небытия» украинцев целую речь. На что ведущий «круглого стола» академик П. П. Толочко с неподражаемым малороссийским юмором заметил: «Странно, как это я до сих пор не заметил, что меня, оказывается, никогда не было и нет!»

Столь же неверно утверждать, будто русский язык и культура в принципе не могут быть родными для носителей украинского национального самосознания. Таких людей - особенно на Юго-Восто-ке - десятки миллионов. Или что такие люди - денационализированные «янычары», «манкурты», «пятая колонна», «перевертш» и т.п. Подобного рода пропаганда, к тому же осуществляемая за счет бюджетных средств государства, как раз и порождает напряженность между регионами, то и дело ставящую нашу страну на грань полномасштабного гражданского конфликта. Те политиканы и творчески бесплодные «митщ», которые превратили русофобию в свое основное занятие, едва ли понимают, что своими провокационными «заявами» лишь вредят самим себе. «За 13 лет мы не смогли «украинизировать» Украину», - жалуется в связи с этим заслуженный националист Мыхайло Горынь (газета «День», 24.09.2004). И еще долго, добавлю от себя, не смогут. Если смогут вообще. Ибо то, что они норовят обстругать под свой галицийский стандарт, стало Украиной сравнительно недавно - всего лишь 85 лет назад. Фактически же - с 1991 г.

Но даже если предположить, что им это однажды все-таки удастся, кратковременный триумф неизбежно обернется катастрофой. Украина, превращенная в один сплошной русофобский «Пьемонт», никогда не сможет стать по-настоящему успешным, внутренне стабильным государством, с которым бы считались во всем мире. Доказательством тому -ситуация в регионах западнее реки Збруч. При тотальном господстве на Волыни и в Галиции политических сил, которые начинают бесноваться при одном лишь упоминании федерализма, регионального статуса русского языка, ЕЭП и партнерства с Россией, там царит затяжной экономический спад - гораздо более глубокий, чем на Юго-Востоке. Со всеми вытекающими отсюда последствиями, в том числе демографическими, криминогенными и т.д.

И сколько бы ни засоряли молодому поколению мозги баснями типа той, что-де первыми украинцами стали Адам и Ева, что-де «Icyc теж був гуцулом», а «рщну неньку» вечно душила «азиатская Московия», при любом, даже самом тираническом режиме непременно найдутся пытливые умы, горячие сердца и бесстрашные, честные души, которые таки докопаются до истины, сами поймут и популярно разъяснят всем остальным: государство, построенное на обмане и лжи, античеловечно и потому обречено. Ибо все давно знают, кто такой «лжец и отец лжи», он же «человекоубийца от века» (Иоан. 8,44). И тогда альтернативой такой «украинской Украине» может стать всеобщая мечта о возрождении русского, истинно славянского духа на Руси, об отказе от польского колониального наследия в названии народа и страны, которое (название) несет в себе, к тому же, пренебрежительный оттенок, внушает на подсознательном уровне невротические комплексы ущербности, манию преследования etc. Идея же, овладевшая сознанием масс (особенно свежая национальная идея), становится, как известно, вполне осязаемой материальной силой.

СЕРГЕЙ ГРИГОРЬЕВ,
член Союза русских журналистов
и литераторов Украины,
член-корр. ПАНИ,
г. Запорожье

http://www.perunica.ru/istoria/588-kak-i-zachem-rus-prevratili-v-ukrainu.html  





Как и зачем Русь превратили в Украину

Категория: История

<
  • 8 комментариев
  • 0 публикаций
13 мая 2011 23:37 | #1

arkona2

0
  • Регистрация: 30.01.2010
 
....я українець, і мені не варто зі сторони підказувати ким мені бути і що робити на своїй власній землі, я знаю свою історію, своїх героїв, і хто я на цій стражденній землі..... Загалом чого це раптом росіяни з якихось буцімто їхніх власних міркувань повині бути "титульними" на рівні з українцями?! Нонсенс! Титульними є лишень корінні народи, а решта нацменшини... Та чи Росія прагне зробити теж саме з українськими росіянами, які за походом своїм є етнічні українці?! Аж ніяк! Тож поготів балакати подібні дурниці. Ви здібні за Росію будь що вчинити, тож ми за Україну будь що вчинимо! Хто з мечем зайде той від нього і поляже. Шануйтесь і не паплюжте сусідів своїх. З повагою

<
  • 64 комментария
  • 1 публикация
14 мая 2011 00:05 | #2

Радамiръ

0
  • Регистрация: 23.07.2009
 
Цитата: arkona2
....я українець
Это как если сказать: "Я - не русич, я - сибиряк". "Я - не русич, я - поволжанин".

<
  • 5 комментариев
  • 0 публикаций
10 июня 2013 13:22 | #3

Колоболдва

0
  • Регистрация: 17.05.2013
 
НУ что ж... и будь украинцем

А в тему хочется вот такой текст добавить, он большой - админы пусть сами решают - тут будет висеть или в отдельную тему переместить...

Как создавался украинский язык – искусственно и по политическим причинам

«Правда никогда не бывает сладкой», – заметила недавно Ирина Фарион,
презентуя на Первом канале Национального радио Украины свою очередную
книжку об украинском языке. И в чем-чем, а в этом с широко известной
ныне депутатшей Верховной Рады трудно не согласиться. Правда для
украинских «национально сознательных» деятелей всегда будет горькой. Уж
слишком они с ней расходятся. Тем не менее знать правду необходимо. В
том числе – правду об украинском языке. Для Галиции это особенно важно.
Ведь это еще Михаил Сергеевич Грушевский признавал.

«Работа над языком, как вообще работа над культурным развитием
украинства, велась преимущественно на почве галицкой», – написал он.

Вот на этой работе, начатой еще во второй половине ХІХ столетия, стоит
остановиться подробнее. Галиция входила тогда в состав Австрийской
империи. Соответственно, Россия для галичан являлась заграницей. Но,
несмотря на это обстоятельство, русский литературный язык в крае не
считался чужим. Галицкие русины воспринимали его как общерусский, общий
культурный язык для всех частей исторической Руси, а значит – и для Руси
Галицкой.

Когда на съезде галицко-русских ученых, состоявшемся в 1848 году во
Львове, было принято решение о необходимости очищения народной речи от
полонизмов, то рассматривалось это как постепенное приближение галицких
говоров к нормам русского литературного языка. «Пускай россияне начали
от головы, а мы начнем от ног, то мы раньше или позже встретим друг
друга и сойдемся в сердце», – говорил на съезде видный галицкий историк
Антоний Петрушевич. На русском литературном языке творили в Галиции
ученые и писатели, выходили газеты и журналы, издавались книги.

Все это очень не нравилось австрийским властям. Не без основания
опасались они, что культурное сближение с соседним государством повлечет
за собой сближение политическое и, в конце концов, русские провинции
империи (Галиция, Буковина, Закарпатье) открыто заявят о желании
воссоединиться с Россией.

А потом придумали и корни у «мовы»

Из Вены всячески препятствовали галицко-российским культурным связям. На
галичан пытались воздействовать уговорами, угрозами, подкупом. Когда не
подействовало, перешли к более энергичным мерам. «Рутены (так
официальные власти в Австрии называли галицких русинов – Авт.) не
сделали, к сожалению, ничего, чтобы надлежащим образом обособить свой
язык от великорусского, так что приходится правительству взять на себя
инициативу в этом отношении», – заявил наместник Франца-Иосифа в Галиции
Агенор Голуховский.

Поначалу власти просто хотели запретить использование в крае кириллицы и
ввести в галицко-русскую письменность латинский алфавит. Но возмущение
русинов таковым намерением оказалось столь велико, что правительство
пошло на попятную.

Борьбу с русским языком повели более изощренно. Вена озаботилась
созданием движения «молодых рутенов». Молодыми их назвали не из-за
возраста, а по причине отказа от «старых» взглядов. Если «старые» русины
(рутены) считали великорусов и малорусов единой нацией, то «молодые»
настаивали на существовании самостоятельной нации рутенской (или
малорусской – термин «украинская» был пущен в ход позднее). Ну а
самостоятельная нация должна, конечно, и литературный язык иметь
самостоятельный. Задача сочинить такой язык была поставлена перед
«молодыми рутенами».



Украинцев начали растить вместе с мовой

Получалось у них, правда, с трудом. Хотя власти оказывали движению
всяческую поддержку, влияния в народе оно не имело. На «молодых рутенов»
смотрели как на предателей, беспринципных прислужников правительства. К
тому же состояло движение из людей, как правило, ничтожных в
интеллектуальном отношении. О том, что такие деятели сумеют создать и
распространить в обществе новый литературный язык, не могло быть и речи.

На помощь пришли поляки, чье влияние в Галиции было в то время
доминирующим. Будучи ярыми русофобами, представители польского движения
видели прямую выгоду для себя в расколе русской нации. А потому приняли
деятельное участие в «языковых» потугах «молодых рутенов». «Все польские
чиновники, профессора, учителя, даже ксендзы стали заниматься по
преимуществу филологией, не мазурской или польской, нет, но
исключительно нашей, русской, чтобы при содействии русских изменников
создать новый русско-польский язык», – вспоминал крупный общественный
деятель Галиции и Закарпатья Адольф Добрянский.

Благодаря полякам дело пошло быстрее. Кириллический алфавит сохранили,
но «реформировали», чтобы сделать его не похожим на принятый в русском
языке. За основу взяли так называемую «кулишивку», придуманную когда-то
российским украинофилом Пантелеймоном Кулишем все с той же целью –
отмежевать малорусов от великорусов. Из алфавита изъяли буквы «ы», «э»,
«ъ», зато включили отсутствующие в русской грамматике «є» и «ї».

Пытались все запутать с алфавитом...

Чтобы русинское население приняло перемены, «реформированный» алфавит в
приказном порядке ввели в школы. Мотивировалась необходимость
нововведения тем, что подданным австрийского императора «и лучше, и
безопаснее не пользоваться тем самым правописанием, какое принято в России».

Интересно, что против подобных новшеств выступил сам изобретатель
«кулишивки», отошедший к тому времени от украинофильского движения.
«Клянусь, – писал он «молодому рутену» Омеляну Партицкому, – что если
ляхи будут печатать моим правописанием в ознаменование нашего раздора с
Великой Русью, если наше фонетическое правописание будет выставляться не
как подмога народу к просвещению, а как знамя нашей русской розни, то я,
писавши по-своему, по-украински, буду печатать этимологической
старосветской орфографией. То есть – мы себе дома живем, разговариваем и
песни поем не одинаково, а если до чего дойдет, то разделять себя никому
не позволим. Разделяла нас лихая судьба долго, и продвигались мы к
единству русскому кровавой дорогой, и уж теперь бесполезны лядские
попытки нас разлучить».

Но мнение Кулиша поляки позволили себе игнорировать. Им-то как раз и
нужен был русский раздор. Вслед за правописанием настал черед лексики.
Из литературы и словарей старались изгнать как можно больше слов,
используемых в русском литературном языке. Образовавшиеся пустоты
заполнялись заимствованиями из польского, немецкого, других языков или
просто выдуманными словами.

Мову сделали предметом политической борьбы

«Большая часть слов, оборотов и форм из прежнего австро-рутенского
периода оказалась «московскою» и должна была уступить место словам
новым, будто бы менее вредным, – рассказывал о языковой «реформе» один
из «преобразователей», позднее раскаявшийся. – «Направление» – вот слово
московское, не может дальше употребляться – говорили «молодым», и те
сейчас ставят слово «напрям». «Современный» – также слово московское и
уступает место слову «сучасний», «исключительно» заменяется словом
«виключно», «просветительный» – словом «просвітний», «общество» – словом
«товариство» или «суспільство»…».

Усердие, с каким «реформировали» русинскую речь, вызывало удивление
ученых-филологов. Причем не только местных. «Галицкие украинцы не хотят
принять в соображение, что никто из малороссов не имеет права древнее
словесное достояние, на которое в одинаковой мере Киев и Москва имеют
притязание, легкомысленно оставлять и заменять полонизмами или просто
вымышленными словами, – писал профессор славистики Берлинского
университета Александр Брикнер (поляк по национальности). – Я не могу
понять, для чего в Галичине несколько лет назад анафемизировано слово
«господин» и вместо него употребляется слово «добродій». «Добродій» –
остаток патриархально-рабских отношений, и мы его не выносим даже в
польщизне».

Однако причины «новаторства» нужно было, конечно, искать не в филологии,
а в политике. «По-новому» стали переписывать школьные учебники. Напрасно
конференции народных учителей, состоявшиеся в августе и сентябре 1896
года в Перемышлянах и Глинянах, отмечали, что теперь учебные пособия
стали непонятны. И непонятны не только для учащихся, но и для учащих.
Напрасно сетовали педагоги, что при сложившихся условиях «необходимо
издание для учителей объяснительного словаря».



А потом вообще весь смысл начали сводить к языку

Власть оставалась непреклонной. Недовольных учителей увольняли из школ.
Чиновников-русинов, указывавших на абсурдность перемен, смещали с
должностей. Писателей и журналистов, упорно придерживающихся
«дореформенного» правописания и лексики, объявляли «москалями» и
подвергали травле. «Наш язык идет на польское решето, – замечал
выдающийся галицкий писатель и общественный деятель священник Иоанн
Наумович. – Здоровое зерно отделяется как московщина, а высевки остаются
нам по милости».

В этом отношении любопытно сопоставить различные издания сочинений Ивана
Франко. Многие слова из произведений писателя, изданных в 1870-1880
годах, например – «взгляд», «воздух», «войско», «вчера» и другие, при
позднейших переизданиях заменялись на «погляд», «повітря», «військо»,
«вчора» и т.д. Изменения вносились как самим Франко, примкнувшим к
украинскому движению, так и его «помощниками» из числа «национально
сознательных» редакторов.

Всего в 43 произведениях, вышедших при жизни автора двумя и более
изданиями, специалисты насчитали более 10 тысяч (!) изменений. Причем
после смерти писателя «правки» текстов продолжались. Так же, впрочем,
как и «исправления» текстов произведений других авторов. Так создавалась
самостоятельная литература на самостоятельном языке, названном потом
украинским.

Вот только язык этот не принимался народом. Изданные по-украински
произведения испытывали острый недостаток в читателях.
«Десять-пятнадцать лет проходит, пока книга Франко, Коцюбинского,
Кобылянской разойдется в тысяче-полторы тысячи экземпляров», – жаловался
в 1911 году живший тогда в Галиции Михаил Грушевский. Тем временем книги
русских писателей (особенно гоголевский «Тарас Бульба») быстро
расходились по галицким селам огромными для той эпохи тиражами.

Приехали, завоевали и запретили...

И еще один замечательный момент. Когда вспыхнула Первая мировая война,
австрийское военное издательство выпустило в Вене специальный
разговорник. Предназначен он был для солдат, мобилизованных в армию из
различных частей Австро-Венгрии, чтобы военнослужащие разных
национальностей могли общаться между собой. Разговорник составили на
шести языках: немецком, венгерском, чешском, польском, хорватском и
русском. «Украинский язык пропустили. Неправильно это», – сокрушалась по
сему поводу «национально сознательная» газета «Діло». Между тем, все
было логично. Австрийские власти прекрасно знали, что украинский язык
создан искусственно и в народе не распространен.

остался абзац один - не дает пока дописать

<
  • 267 комментариев
  • 5 публикаций
13 июня 2013 15:31 | #4

Крепислав

0
  • Регистрация: 4.11.2010
 
Цитата: Колоболдва
Разговорник составили на
шести языках: немецком, венгерском, чешском, польском, хорватском и
русском. «Украинский язык пропустили. Неправильно это», – сокрушалась по
сему поводу «национально сознательная» газета «Діло».

Очень хочу посмотреть на этот разговорник, лично оценить степень русскости того наречия, которое было названо в нем "русским языком". Буду весьма благодарен, если дадите ссылку или название, или какую-нибудь зацепку для поиска.
Пока же могу сообщить интересующимся этой темой, что жители крайнего запада восточнославянского ареала продолжают и сейчас называть себя русинами, а свой говор - руским езиком или руською бещедою.
Руський език имеет статус регионального в Польше, Словакии, Румынии, Сербии, Хорватии, борьба за придание ему такого же статуса на Украине ведется интеллигенцией Закарпатской области. Грамматика этого языка в основном совпадает с украинской, хотя есть и диалекты с сильным западнославянским влиянием. В лексике же удивительным образом сочетаются большие пласты заимствований из немецкого, румынского, венгерского, словацкого, польского и церковнославянского. Много также форм, общих с великорусским языком.
Тут вот есть образчик печатного издания русинских частушек-коломыек латиницей (Чехословакия, г.Мукачево, 1933г.): http://slavanthro.mybb3.ru/viewtopic.php?t=54&postdays=0&postorder=asc&start=25

<
  • 330 комментариев
  • 0 публикаций
14 июня 2013 11:17 | #5

COH_TPABA

0
  • Регистрация: 11.02.2011
 
А когда будет "Как и зачем Русь превратили в Китай"? Там и народа побольше, и земли, и ресурсов.

--------------------

<
  • 115 комментариев
  • 35 публикаций
14 июня 2013 20:49 | #6

predator_101

0
  • Регистрация: 26.05.2011
 
Цитата: Колоболдва
Как создавался украинский язык – искусственно и по политическим причинам

бред какой-то pardon
Вот на этой работе, начатой еще во второй половине ХІХ столетия, стоит
остановиться подробнее.

Так вот, когда эта "работа" только "началась" - Шевченко уже писал (судя по тексту еще не выдуманной) мовой нихреновые стишки.
И вообще - корень у всех славянских языков один. Надоели уже эти срачи по поводу языка и всего прочего между братскими народами. Дети малые - хата горит, а они - письками меряться?? boks
Лучше б полезным делом занялись!

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Коды нашей кнопки

Просто скопируйте код выше и вставьте в свою страничку

Перуница. Русский языческий сайт

Пример баннера