Перуница

» » » «По следам Пальчикова» (Из коллекции фольклориста) (1978)

Музыка / Народная музыка » 

«По следам Пальчикова» (Из коллекции фольклориста) (1978)



«По следам Пальчикова» (Из коллекции фольклориста) (1978)

Звуковое приложение к книге:

С. ПУШКИНА «ПО СЛЕДАМ Н. Е. ПАЛЬЧИКОВА». (Серия: Из коллекции фольклориста) Изд. Советский композитор, Москва 1978

Первая сторона
1. Что ни верба к земле клонится (1)
2. У крыльца, крылечушка (6)
3. На ком кудри-те, на ком русые (7)

Вторая сторона
4. Ты падуй-ка, паду... э-ой да мать-пагодушка
5. Я с камарикэм

Звукорежиссеры: Е. Кочетков (1—3, 5), Е. Яковлев (4)
Реставрация Т. Стракановой



Предлагаемая пластинка-приложение к сборнику русского советского фольклориста С. И. Пушкиной «По следам Пальчикова» (М., «Советский композитор», 1978) является первой по русской народной музыке Татарии. Она знакомит с удивительно своеобразным местным народно-хоровым стилем, представленным характерными образцами свадебных песен (1—3, первая с причитанием невесты), лирических протяжных (4) и плясовых (5) — в исполнении народных певиц — группы русского хора села Николаевка Мензелинского района Татарии. Сведения о них даны в предисловии сборника.

Первые магнитофонные записи этих песен сделаны в январе 1960 года экспедицией Московской консерватории (в составе: Ю. Александров, автор аннотации и Е. Медведева) под руководством С. Пушкиной в селах и деревнях Мензелинского района. Работа эта осуществлена по следам записей русского фольклориста, тонкого ценителя и пытливого исследователя русской народно-хоровой культуры Николая Евграфовича Пальчикова (1838—1888) — автора одного из первых сборников русских народных хоровых песен с нотными записями их по голосам («Крестьянские песни, записанные в селе Николаевке... Н. Е. Пальчиковым», М., 1888). Представленные на пластинке повторные записи сделаны в 1967 году в Москве студией звукозаписи Всесоюзного Дома композиторов по трансляции из его зала музыкально-этнографического концерта (1—3, 5) и в студии Всесоюзного радио (4). Эти записи доносят до слушателей не передаваемое ни нотами, ни описаниями подлинное богатство и своеобразие звучания этих замечательных песен в естественной, народной манере их исполнения (с характерными хороводно-плясовыми хлопками в ладоши и притопыванием: в №№ 3, 5). Необходимая реставрация записей выполнена Всесоюзной студией грамзаписи фирмы «Мелодия» (отдельные внепесенные звуки: шум зала, различные стуки и т. п. оказались неустранимыми). Содержание пластинки указано на клапане конверта. Названия трех первых песен даны как в сборнике (в скобках номера этих песен по сборнику). В названиях песен №№ 4 и 5, записанных в том же исполнении, но в сборнике отсутствующих, сохранены особенности местного диалекта. Пластинка составлена в 1975 году автором аннотации с участием С. Пушкиной. На лицевой стороне конверта — Группа русского хора села Николаевка (с. Николаевка, 1960 г., фото В. Григоренко, — из архива Кабинета народной музыки Московской консерватории), художественная редакция Е. Семенова.

И. Бродский



ПРЕДИСЛОВИЕ

Более ста лет назад, в 60-е годы прошлого века, в селе Николаевка, что некогда основали среди татарских сел Мензелинского уезда Уфимской губернии переселенцы из разных мест России, подолгу жил Николай Евграфович Пальчиков — помещик-либерал и мировой судья. С большим интересом вслушивался он в пение крестьян, которые часто водили хороводы на широкой сельской улице перед барским домом. Его поражало своеобразие и красота этих песен, и он задумал записать их, «и притом так, как поют крестьяне, или по возможности близко к их пению» (Крестьянские песни, записанные в селе Николаева Мензелинского уезда Уфимской губернии Н. Е. Пальчиковым, изд. 2-е. Спб., 1896, с. IV. В дальнейшем все высказывания Н. Е. Пальчикова цитируются по этому изданию.). Звукозаписывающей аппаратуры в то время не было, и песни записывались на слух. При этом собирателя подстерегали немалые трудности, обусловленные особенностями народного исполнения. Когда певцы поют хором («артелью»), они свободно варьируют напев, и одновременно звучащие импровизированные варианты-подголоски каждый раз придают песне несколько иное звучание. Голоса песни то сливаются в унисон, то расходятся, нередко перекрещиваясь друг с другом. В начале работы Н. Е. Пальчиков не обратил должного внимания на эти особенности. Он записал около пятидесяти песен с голоса только одной песельницы, подладив к ним, как умел, аккомпанемент. Затем он пригласил хор, попросил его спеть эти же песни и увидел, что «записи вовсе не похожи на крестьянские песни, что они поют совсем не то и что их песни лучше, и разнообразнее, и полнее». Обратившись к музыкальным сборникам того времени, Пальчиков убедился, что, следуя им, он не решит поставленной задачи. Тогда собиратель стал упорно искать свой способ записи напевов николаевских крестьян.

«Не уяснив себе еще внутреннего строения песен и слыша от разных лиц разнообразное исполнение одного какого-либо напева, я полагал, что певцы «поют неверно», пока не попытался сложить два голоса одной и той же песни, записанные от разных исполнителей. Сложенные голоса дали дуэт, но вполне своеобразный. Дуэт этот заставил меня повнимательнее относиться к исполнению певцов и привел впоследствии к убеждению, что каждый певец и певица не «неправильно» передают известный напев, а только «своеобразно», «по-своему», а это наблюдение дало мне повод предполагать, что если записать побольше голосов и сложить их, то выйдет нечто похожее на крестьянскую песню в хоровом ее исполнении» (там же, с. V). Пытаясь осуществить это намерение, Пальчиков натолкнулся еще на одну трудность: оказалось, что певцы с разных улиц поют неодинаково. Хоровод села Николаевка незадолго до-того разделился на две части, и благодаря этому исполнение разладилось. Пальчиков разыскал песельников, певших еще в прежнем, едином хороводе, и заново записал почти все песни. Из разговоров с певцами он выяснил, что они не делают различия между песней одноголосной и хоровой. «Все песни сообща поем», — говорили они. Постепенно собиратель, как он пишет в предисловии к своим записям, «довольно близко подошел к разрешению вопроса о воспроизведении песни так, как поет ее народ в Николаевке» (там же, с. VII). Он представил в своем сборнике каждую песню в нескольких вариантах (от шести до десяти и более) в виде сводок-столбцов. Пальчиков считал, что, будучи исполнены одновременно на каких-либо однородных музыкальных инструментах, эти варианты могут дать «почти полное представление о том хоровом исполнении, которое придает песне сам народ, и о той манере, с какой один и тот же напев разрабатывается народом» (там же, с. VII).

Так в процессе долгой и упорной работы Пальчиков шел к осознанию подголосочной природы русского народного многоголосия, стремясь отразить эту особенность в своих записях. В качестве характерных черт такой подголосочной полифонии собиратель одним из первых отметил импровизационность и равноправие голосов в николаевском хоре: «...в нем нет голосов, «только сопровождающих» известный мотив. Каждый голос воспроизводит «по-своему» напев (мелодию), и сумма-то этих напевов составляет то, что следовало бы назвать «песней», так как она воспроизводится... только в крестьянском хоре, а не при единоличном исполнении... Песня вытекает из суммы напевов без аккомпанемента, причем хоровое исполнение складывается из разнообразного исполнения одного и того же напева разными лицами» (там же).

Записи Н. Е. Пальчикова незадолго до его смерти были опубликованы его братом — Анатолием Евграфовичем Пальчиковым, который также подолгу жил в Николаевке, знал и любил пение крестьян. В сборник вошло 125 песен различных жанров: свадебных, хороводных, протяжных, календарных — ив том числе единственная (одна из первых по времени) запись инструментальной музыки (балалаечный наигрыш, под который исполнялась песня № 125 — «Бычок»), Дважды изданный— в 1888 и в 1896 году—сборник получил высокую оценку видных музыкальных деятелей того времени — Г. Лароша, Ф. Истомина, Н. Лопатина и других. К нему впоследствии много раз обращались музыканты как с исследовательскими целями, так и для исполнения и обработок песен.

В наше время, в 60-е годы XX века, стало возможным, наконец, сравнить слуховые записи прошлого столетия с современными записями, сделанными новым методом — с помощью многомикрофонной (или многоканальной) фиксации всех голосов хора. Такая запись позволяет одновременно и услышать партитуру во всех подробностях, и выделить каждый голос. При сравнении расшифровок таких фонограмм с записями Н. Е. Пальчикова выясняется главный недостаток последних — они, в сущности, не являются хоровыми партитурами. Дело в том, что при исполнении песни отдельными певцами в разное время у них не может возникнуть ощущение ансамбля: при пении в хоре исполнитель варьирует, индивидуализирует мелодическую основу песни, подстраивая свой голос к общему звучанию, а при сольном исполнении он, напротив, выбирает наиболее яркие интонации основной мелодии, тем самым обобщая в своем варианте особенности многих подголосков.

Сводки вариантов Н. Е. Пальчикова позволяют «извлечь» мелодическую основу песен, но не показывают всего богатства их хоровой полифонии. Не случайно В. М. Беляев именно на материале записей Н. Е. Пальчикова обнаруживает основу напева, «выбирая для этого наиболее согласующиеся между собой записи этих отдельных голосов...» (Лопатин Н.М. и Прокунин В. П. Русские народные лирические песни. Под ред. и со вступ. статьей В. Беляева. М., 1956, с. 16).

Расшифровки многоканальных записей, помещенные в данном сборнике, являются фрагментом более обширной работы по изучению хорового многоголосия села Николаевка. Во время двух экспедиций (зимней и летней), организованных Кабинетом народной музыки Московской консерватории в 1960 году (в них приняли участие студенты И.Бродский, Е.Медведева, Ю.Александров, В.Григоренко, Н.Зотова, В.Кончаков, В.Живов и др.), нами была сделана попытка произвести многомикрофонную запись, по техническим причинам удавшуюся лишь частично. В 1967 году группа хора села Николаевка приняла участие в фольклорном концерте Союза компо¬зиторов РСФСР. Несколько песен из обширного репертуара хора были записаны мною в Кабинете народной музыки совместно с заведующей Кабинетом К. Г. Свитовой при содействии В. М. Щурова. Запись велась на пяти магнитофонах, каждый из которых отчетливо выделял голоса двух рядом поющих исполнительниц (В состав группы вошли десять певиц: М.А. Бокова, Л.Е. Белова, Н.Р. Жирнова, М.Е. Калашникова, Н.А. Жирнова, К. И. Оглоблина, Е.И. Спиридонова, Е.П. Мясникова, М.А. Круглова, К.А. Ткачева (названы в соответствии с расположением голосов в большинстве нотных записей настоящего сборника)).

Многоканальные записи свидетельствуют, что двухголосная полифоническая основа сохранилась и в современном хоровом многоголосии села Николаевка. В них ясно видно, как эта основа варьируется в хоре, как сочетаются голоса, какова их тесситура. Иными словами — вырисовывается реальная хоровая партитура.

Равноправное участие всех поющих в разработке напева не исключает и особой роли отдельных голосов хора. Большинство исполнительниц ведет основную мелодию в унисон или октаву, лишь слегка варьируя ее. Вторящие голоса также весьма подвижны в распеве, изредка сходятся в унисон. Высокие подголоски удваиваются низкими голосами, варьирующими тот же мелодический рисунок. Одновременно низкие голоса играют роль басов в эпизодически образующихся аккордах и созвучиях, но сохраняют при этом свою мелодическую природу.

Характерная черта хорового стиля села Николаевка — взаимопроникновение подголосочного и гармонического начал. Нередко мелодия развивается на фоне выдержанного аккорда, аккорды сопоставляются между собой, последования неполных аккордов постепенно раскрывают гармонию песни. Наслоение подголосков может образовывать терпкие секундовые и квартовые сочетания, отмеченные Н.Е. Пальчиковым как «неправильности», но являющиеся на самом деле своеобразной нормой. Все это придает напевам особый колорит.

Сравнение новых записей с записями Н.Е. Пальчикова показывает определенную эволюцию в песенном фольклоре села. Более всего она затронула особенности ладового строения местных песен. Напевы, записанные Н. Е. Пальчиковым, строго диатоничны, хотя и демонстрируют достаточное разнообразие ладов в пределах диатоники. В современных напевах можно наблюдать расширение диатоники, ее усложнение за счет повышения и понижения ступеней лада, некоторые явления, приближающиеся к полиладовости и политональности.

В наше время изменился и репертуар певцов, перенявших старинную песенно-хоровую традицию. Из 125 песен, записанных Н. Е. Пальчиковым, удалось отыскать только 26. Остальные наши записи (более 100 песен) — фольклор уже более позднего времени. Среди них есть и современные песни, исполняющие¬ся в традиционной манере. Исчезло разделение певцов села на два хора; очевидно, это повлекло за собой неизбежные изменения в песнях.

Изучение записей Н. Е. Пальчикова и современной хоровой культуры села Николаевка может раскрыть много нового и интересного. Задача настоящего сборника — познакомить любителей и исследователей русского народного хорового пения с избранными образцами данного хорового стиля и коротко показать историю его изучения. С этой целью к сборнику приложена грампластинка с несколькими звукозаписями, сделанными во время упомянутого концерта в Союзе композиторов (записи эти лишь частично совпадают с вариантами, легшими в основу многоканальных расшифровок), а в качестве иллюстраций приводятся фотографии отдельных страниц из сборника Н. Е. Пальчикова. В текстах песен сохранены особенности народного произношения.

С. Пушкина




45 Мб - 320 кБит/с (+сканы)

http://sunday-school.ucoz.ru/forum/6-752-1

http://www.perunica.ru/miusik/folk/9133-po-sledam-palchikova-iz-kollekcii-folklorista-1978.html  



0


«По следам Пальчикова» (Из коллекции фольклориста) (1978)

Категория: Музыка / Народная музыка

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Коды нашей кнопки

Просто скопируйте код выше и вставьте в свою страничку

Перуница. Русский языческий сайт

Пример баннера