Перуница

» » Александр Ужанков: «Читать нужно с карандашом в руке»

Дети и их воспитание » 

Александр Ужанков: «Читать нужно с карандашом в руке»

Александр Ужанков: «Читать нужно с карандашом в руке»

Бседа о русской словесности и культуре с профессором Александром Николаевичем Ужанковым, теоретиком и историком литературы и культуры Древней Руси, преподавателем Сретенской духовной семинарии, проректором Литературного института им. Максима Горького.


– Александр Николаевич, современный человек, живущий в постоянном цейтноте, безусловно, знает, что читать необходимо – для того чтобы понимать мир вокруг себя, понимать себя. Но у него есть и множество иных желаний, которые оттесняют чтение на второй план. Так какие книги должны заполнить этот «второй план»? Что нужно прочитать во что бы то ни стало?

– Тут вопрос приоритетов. И чтение чтению рознь. Скажем, газеты, периодику можно читать и в метро. Детективы, чтобы убить время (это потрясающее выражение: «убить время»), тоже можно читать в метро. Но Достоевского!.. Я не понимаю, когда читают Достоевского в метро.

Дань сегодняшнему времени – электронные книги. У меня их несколько, но я ими почти не пользуюсь. Я люблю держать в руках книгу изданную, напечатанную. У нее определенный шрифт, есть поля, без которых я не могу читать. Я всегда читаю с карандашом, и всегда на полях делаю какие-то пометы. И как потом интересно перечитывать! Интересно смотреть, какие места отмечены, видеть свои мысли, которые записал на полях, рядом.

Меня в свое время поразил Горький: он всегда очень быстро читал – и всегда с карандашом в руках. Все книги его библиотеки – она сохранилась, находится в Музее Горького, это около 10 000 книг, – так вот, все книги его библиотеки – с пометами! Он читал очень внимательно. А ведь он еще и молодым авторам отвечал. Но практически все литературоведы и все писатели читают с карандашом. Это, так сказать, аксиома.

Так что же нужно прочесть в первую очередь? Скажу так: лучше меньше, да лучше. Ведь даже в русской литературе очень много имен. Курс, который, например, я читаю в Сретенской семинарии, рассчитан почти на четыре года, и при этом я не говорю о многих писателях, на творчестве которых мне бы очень хотелось остановиться, причем это даже писатели не второго плана, а первого. Потому что лучше глубже разобрать произведения Пушкина, Гоголя, Лермонтова, Достоевского, Толстого, рассмотреть их более скрупулезно. Я даю самое главное – методику чтения текстов. А дальше пусть ребята идут уже сами, они научились правильно читать.

В принципе у преподавателя задача № 1 – научить читать. Казалось бы, в школе мы учимся читать, и мы умеем читать, но… мы умеем только глотать буквы, слова, предложения, сюжет постигать и потом его пересказывать – а в этом, кстати, особенно поднаторели всякие энциклопедии. Действительно, зачем читать четыре тома «Войны и мира», если можно 8 или 16 страниц пробежать какого-то непонятного текста – и будешь уже иметь представление о романе и слыть даже образованным человеком, потому что ты в принципе знаешь, о чем «Война и мир». Но спрашивается: зачем Толстому нужно было пять лет каторжного труда? Он сибарит, он любит балы, рулетку, карты, и он отказывается от всего этого ради того, чтобы написать роман, – причем не ради гонорара, подчеркиваю, и даже не ради славы, хотя он человек был тщеславный. Но он хотел что-то донести нам! А нам это не нужно, нам 8 страниц достаточно…

Главное ведь – наше отношение к тому, что мы читаем. По сути художественное произведение – это духовное зеркало, в которое мы смотрим, и оно показывает то, что мы видим. Если мы увидим только один детектив, значит – это такое наше содержание. Если мы увидим богословский смысл, значит, мы уже чуток продвинулись духовно, значит, мы уже видим то, что другой не замечает. Может быть, даже и автор сам не предполагал, что этот смысл у него есть, но мы его увидели. О чем это свидетельствует? О том, что у нас уже духовное зрение отточено, мы это можем видеть.


– Крайне важный для понимания прочитанного вопрос: каковы правила, следуя которым человек обретет радость от чтения? Ведь мы знаем, что духовную жизнь человек тогда начинает ценить, когда ощущает первые победы над собою.

– В чтении то же самое: когда будут первые открытия, когда человек в, казалось бы, уже давным-давно известном тексте вдруг найдет что-то неожиданное для себя.

Мы с бывшими студентами некоторых вузов, в которых я когда-то преподавал, практикуем следующее. Периодически – скажем, раз в месяц – мы встречаемся где-нибудь. И заранее договариваемся, какое произведение все читают. Это основное условие: чтобы все прочитали. На этих встречах мы его обсуждаем. И происходят открытия! Во-первых, когда они читали, они уже, оказывается, сделали кучу открытий, и теперь, когда мы собрались вместе и начинаем обсуждение, – каждый делится этими открытиями. Понимаете, как интересно?! Это гораздо интереснее, чем читать детективы, намного интереснее. И вы и представить себе не можете, как они радуются этим открытиям! Почему? Потому что это маленькие победы над собой, над, так сказать, рутиной. Все они «сидят» в интернете, большинство из них – журналисты, причем профессиональные журналисты, так что читают они очень много, и, тем не менее, для них это отдушина – прочитать небольшое произведение, а потом всем вместе его обсудить, его разобрать, посмотреть, открыть смыслы. И в этом тоже большая радость. И чем дальше они взрослеют, тем больше им открывается – это тот же самый духовный рост, только благодаря литературе.


– Свои лекции вы никогда не читаете «по бумажке» и уж тем более – никогда по напечатанному тексту. И если вы обращаетесь к каким-то вспомогательным материалам, то это всегда – ваши наброски от руки, сделанные на небольших листочках, которые, можно сказать, уникальны. И в этом плане уникальна и ваша манера подачи информации. Что мне, как читателю, может дать такой способ работы с текстом, когда я выписываю для себя что-либо от руки, делаю заметки, а не просто читаю упоминавшиеся уже электронные книги, планшеты, как это привычно для многих сегодня?

– Рукопись – это твое. Даже когда книгу пишешь, если пишешь от руки, – это твое. Достоевский когда-то говорил, что нужно непременно обмакивать перо в чернильницу: потому что пока перо несешь к ней, а потом к листу бумаги – обдумываешь мысль. Нужно всё время думать. Когда строчишь, обдумывание как бы пропадает; когда процесс письма идет медленно – есть возможность думать. Конечно, он говорил и с некоей иронией, но смысл в этом глубокий.

Когда ты пишешь своей рукой, этот текст действительно твой и ничей иной – и твоим почерком написан, и как бы твоя энергетика в нем сохраняется.

Когда же текст набран на компьютере, то я правлю всё равно рукой – делаю распечатку и в нее вношу изменения. Можно, конечно, и на компьютере править, но лучше – так: лучше видишь, где какое слово поменять, где сделать стилистическую правку.

А когда выходит книга – на нее смотришь как на совершенно чужеродное создание. С тобой ничто ее не связывает – печатные буквы, бумага, какой-то переплет… ну, может, разве что фамилия твоя. И то неизвестно еще, ты написал книгу или какие-то идеи пришли свыше. Поэтому и на фамилию тоже смотришь несколько с опаской: она там стоит, а твоя ли это книга? можешь ли ты сказать, что это моя книга?

А эти мои бумажки – я каждую букву в них знаю. И если надо что-то заменить – заменяю, пишу другую… Они копятся, потом эти заметки будут как-то использованы: в статье ли, в новой ли лекции, в докладе… Все они собираются сначала в конвертики, потом конвертики – в папки, потом в большую папку всё складывается. И всё систематизировано. Но самое важное – я об этом и студентам говорю, когда они пишут курсовые или дипломные работы: первые мысли, которые появляются при чтении текста, непременно фиксируйте – они бывают самыми интересными. Потом вы к ним вернетесь. Не зафиксировали – всё, вы их забудете. Это как сон: когда снится, ты помнишь и присутствуешь во сне, как только проснулся – еще, может быть, поначалу помнишь, а вечером уже нет. Вот точно так же с этой мыслью. Но она бывает крайне драгоценна. Ведь это тот самый контакт, особенно если духовную литературу читаешь, сверху посланный контакт. И чтобы он не прерывался – запиши, зафиксируй где-то. Потом к этому непременно вернешься. У меня даже есть специальный блокнот – не дневник, нет, а для каких-то попутных мыслей, что называется. И когда спустя какое-то время его перечитываешь – поражаешься: это не твои мысли, я так подумать не мог! Но эти мысли украсят любую статью, любой доклад, любую лекцию. Поэтому ребятам я всегда говорю: «Читать нужно с карандашом и эти попутные мысли непременно фиксировать».


– Александр Николаевич, приходится признать, что современная школа зачастую отбивает у учащихся интерес к чтению русской классики. Какие бы вы могли дать советы человеку, вновь желающему открыть для себя этот удивительно богатый духовный мир русской литературы?

– Совет один – читать. Как можно больше читать! Начну с самого элементарного. Когда я говорю со студентами, особенно на первой лекции, то задаю им «каверзные вопросы»: «Скажите, вы читали эти произведения?» – «Читали». – «И какая у них основная идея?» Они начинают вспоминать, пытаются что-то отвечать. Говорю: «А вы уверены?» И когда чуть поглубже начинаем копать, оказывается, что, действительно, изучение литературных произведений в школе – очень-очень поверхностное. Может быть, для школы, особенно для средних классов, это и позволительно, потому что там нужно учитывать и возраст ребенка, и его возможности – и психические, и психологические: насколько он может воспринимать те или иные произведения. В старших классах должен быть уже более серьезный подход. В этот период происходит формирование мировоззрения, там подход в изучении произведений будет намного сложнее.

Своим студентам я всегда говорю, что любое произведение русской литературы нужно читать как минимум два раза. Первый раз – это знакомство с сюжетом. Второй раз – знакомство с деталями.

Еще формалисты, сначала немцы в конце XIX века, потом и русские формалисты начала XX века, выявили, что в мировой литературе существует всего лишь 36 сюжетов – правда, некоторые насчитали 38. Но это не суть неважно: 36 или 38 сюжетов. А всё остальное – их вариации. Значит, сюжет не столь важен для раскрытия смысла. Важны детали. Деталь – царица смысла. То есть если мы замечаем детали, то мы тогда сможем понять смысл.

Чтобы понять, какую идею несет или вносит писатель XIX века в свое сочинение, нужно обращать внимание как раз на детали. Когда-то у меня был замечательный учитель – профессор Алексей Владимирович Чичерин, который закончил гимназию еще до революции. И он говорил: «Нас учили медленному чтению – или пристальному чтению». То есть гимназисты не торопились читать, их не обучали скорочтению. Почему? Потому что если быстро читаешь, то не замечаешь детали, не постигаешь смысла.

И он нас также учил медленному чтению. Поэтому и я своих студентов тоже учу пристальному чтению. Я говорю им: «Я мостик между XXI и XIX веком. Почему? Потому что мои учителя родились в XIX веке, они учили меня, теперь я учу вас, уже в XXI веке».


С Александром Ужанковым
беседовал Иван Ишмухамедов

Текст с сокращениями, полностью здесь:
http://www.pravoslavie.ru/jurnal/80560.htm
http://www.pravoslavie.ru/jurnal/79780.htm

http://www.perunica.ru/vospitanie/8318-aleksandr-uzhankov-chitat-nuzhno-s-karandashom-v-ruke.html  





Александр Ужанков: «Читать нужно с карандашом в руке»

Категория: Дети и их воспитание   Теги: Образование, Чтение

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Коды нашей кнопки

Просто скопируйте код выше и вставьте в свою страничку

Перуница. Русский языческий сайт

Пример баннера