Перуница

» » Кто позаботится о том, чтобы ребенок писал красиво, быстро и грамотно? Правильная постановка руки при письме

Дети и их воспитание » 

Кто позаботится о том, чтобы ребенок писал красиво, быстро и грамотно? Правильная постановка руки при письме

Кто позаботится о том, чтобы ребенок писал красиво, быстро и грамотно? Правильная постановка руки при письме

Научить писáть — это посложнее, чем научить читать.

Сразу оговорюсь: под умением писать я подразумеваю отнюдь не складывание отдельных слов из кубиков Зайцева. Речь идет, во-первых, о выработке быстрого, красивого, разборчивого и грамотного почерка, а во-вторых, о компьютерном наборе слепым десятипальцевым методом. Я нарочно употребил тут не совсем обычное словосочетание — «грамотный почерк», — для того чтобы подчеркнуть, что грамотность — это не теоретические знания, а моторный навык, который должен быть привит не голове, а руке. Но о грамотности у нас еще будет возможность поговорить поподробнее, а сейчас на повестке дня другой вопрос: «Кто, вообще, должен обучать наших детей письму?»

Посмотрим для начала: что нам могут предложить модные ныне методики раннего развития?

Оказывается, ровным счетом ничего. Лена Данилова, один из ведущих экспертов в области раннего развития, пишет по этому поводу следующее.

Замечено, что дети, рано научившиеся писать, попав в школу, пишут отвратительно. Учителя начальных классов из года в год твердят родителям, чтобы они не занимались со своими детьми письмом в дошкольном возрасте. И в этом они, к сожалению, правы.
Дети, обучившись в раннем возрасте письму, быстро портят почерк за счет того, что рука еще не устоялась. Даже если с самого начала буквы получаются красивые, закрепить хороший почерк как навык невозможно из-за нереальности ежедневных интенсивных занятий с малышом.

Научить ребенка писать очень легко. Научить писать можно и в три, и в четыре, и в пять. Но заставить трех-четырехлетнюю кроху писать по часу в день, внимательно следя за правильным изображением каждого элемента букв, не только бессмысленно, но и жестоко. А по-другому добиться установки хорошего почерка невозможно. Ребенок, выучив письменный алфавит, начинает им пользоваться по собственному усмотрению. Остановить или проконтролировать этот процесс уже невозможно. Пишет что попало и, естественно, как попало. Почерк, даже если он был вполне сносным в момент обучения, быстро портится и именно в таком виде закрепляется как навык.

Честно говоря, я не ожидал от Лены Даниловой такого откровенно саморазоблачающего признания. Ведь здесь почти прямым текстом заявлено: «В сферу раннего развития входит только то, чему ребенок может научиться играючи, без усилий. А всё, что требует от него настойчивого, систематического труда, находится в исключительной компетенции школы».

Что ж, ладно: заглянем в школу. Как обучают письму там?

Следует отметить, что школьные методики по обучению письму за последние полвека кардинально изменились. В былые времена писали пером или перьевой ручкой, причем младшие школьники пользовались, как правило, самыми дешевыми письменными принадлежностями весьма скверного качества. Если плохую перьевую ручку держать неправильно, то она просто-напросто не пишет и, к тому же, быстро ломается. Поэтому школьные учителя волей-неволей должны были следить за правильной постановкой руки каждого из учеников. Процесс обучения письму был долгим. Он занимал весь период начальной школы (три года), и, пока дети не выучивались мало-мальски сносно писать, им не слишком забивали голову правилами орфографии.

Заглавные буквы из школьных прописей писались тогда красивее, но гораздо сложнее. Да и сами прописи были устроены не так. Предполагалось, что одна книжка прописей должна прослужить несколько лет разным ученикам, поэтому там приводились только образцы для переписывания, а упражняться письму следовало не в ней, а в отдельной тетради. Тетради для первого класса тоже были другими — в частую косую линейку, которая очень облегчала написание букв, служа им дополнительной «опорой».

С тех пор качество письменных принадлежностей и качество школьного преподавания существенно изменились. Первое — в лучшую сторону, второе — в худшую. Теперь в ходу неприхотливые шариковые ручки, и учителям нет надобности правильно ставить руку ученикам. После перехода к упрощенному написанию букв стало возможным значительно сократить время на освоение каллиграфии. Нынче уже первоклашки начинают писать диктанты и зубрить орфографические правила.

Что же касается современных прописей, то они заслуживают более пространного комментария. Вся абсурдность школьной системы получила в них свое законченное воплощение. Вот что я имею в виду.

Как известно, в школе всем балом правит учебный план. Например, в учебном плане по математике на тему «умножение на однозначное число» отведено какое-то количество академических часов. Ученик, который за положенное время освоил данную тему, получает пятерку. Ученик, который не уложился в отпущенный срок, получает двойку. Но и тот, и другой переходят затем к новой теме — «умножение на многозначное число».

Этот же педагогический принцип лежит теперь в основе прописей для первоклашек. Вот, например, образец написания буквы «а», и тут же — три пустые разлинованные строчки, чтобы ребенок тренировался писать свою собственную букву «а». Независимо от того, научился ли ребенок писать букву «а» или нет, — как только три строчки кончаются, он переходит затем к букве «б».

Вероятно, нынешние школьные методисты полагают, что дети — это какая-то особенно сознательная разновидность людей. Когда ребенок заметит, что ему отпущено всего лишь три строчки, он уж, конечно, будет выписывать буковку «а» с усиленным прилежанием — чтобы успеть наработать соответствующий моторный навык, пока еще остается свободное место.

Плохо, в таком случае, школьные методисты знают детскую психологию. Нормальный, психически здоровый ребенок поступит в точности наоборот. Если уж он получил задание исписать буквой «а» три строчки, то он будет это делать не с максимальным прилежанием, а с максимальной скоростью. Как бы жутко ни выглядели его каракули, переделывать халтурно выполненную работу его уже не заставят — на это в его прописях просто физически нет места. Ну, подумаешь, назавтра учительница скажет «ай-ай-ай» и покачает головой. Зато теперь можно подольше посмотреть телевизор.

Любопытно отметить, что в первом классе школы оценок теперь не ставят. Плохие оценки за плохой почерк ученики начинают получать только во втором классе, когда все занятия по прописям уже далеко позади.

Итак, быстренько заполнив пустые строчки в прописях, дети переходят к изучению орфограмм.

Гм… гм… Читатель благородный! Знаете ли Вы, что такое орфограмма? Я впервые столкнулся с этим словом, когда отвел старшего сына в первый класс и заглянул в его учебники, чтобы поинтересоваться, чем же он там занимается. Оказывается, это центральное понятие, вокруг которого вертится изучение русского языка в современной школе на протяжении многих лет. Я тогда принялся расспрашивать всех своих знакомых, не знают ли они, что такое орфограмма. Нет, никто не знал. Тогда я обратился к словарям. Иногда значение какого-то незнакомого русского слова проще всего уяснить, если взглянуть на его перевод на какой-нибудь иностранный язык. Так вот, если обратиться, например, к словарю Яндекса, то в его английской, немецкой, французской, итальянской и испанской частях комбинация букв «орфограмма» воспринимается как опечатка. А в русской части это слово встречается лишь в единственном источнике — в Большой Советской энциклопедии. Здесь написано следующее.

Орфограмма (от греч. orthós — правильный и grámma — письмо)

1) последовательно воспроизводимый способ передачи на письме фономорфологического явления в том или ином языке (…);
2) Написание, соответствующее правилам орфографии.

Надо отдать справедливость школьным методистам: они прививают первоклашкам всё же не первое из указанных определений, а второе. Так, в учебнике А.В.Поляковой для 1 класса начальной школы читаем:

Орфограммы — это написание слов по определенным правилам. большая буква в именах, отчествах и фамилиях людей — это орфограмма.

Кто понял, что такое орфограмма, — поднимите руку! Я уж точно руки не подниму. Наверно, всё дело в моем математическом образовании. Я машинально делаю подстановку и получаю:

Большая буква в именах, отчествах и фамилиях людей — это написание слова по определенным правилам.

В этой фразе не больше логики, чем, например, в такой:

Лестница между двумя этажами — это строительство дома по определенным правилам.

Конечно, некоторый смысл тут интуитивно угадывается, но какое неряшество мысли! какое неуважение к русскому языку! В разговорной речи подобные ляпсусы, пожалуй, еще допустимы, однако учебник для первого класса можно было бы написать и покорректнее.
Итак, лишь только пустые строчки в прописях заканчиваются, каллиграфия считается пройденным этапом, и первоклашки принимаются осваивать правописание. Их обучают отыскивать в словах орфограммы. Например, ребенок пишет под диктовку: «У Маши тетрадь». По замыслу школьных методистов, он должен про себя проговаривать: «Маша — это имя человека. Значит, оно пишется с большой буквы, потому что большая буква в именах людей — это орфограмма. На конце у Маши должна стоять буква и, потому что буква и в буквосочетаниях жи, ши — это орфограмма. Буква е в слове тетрадь — это безударная гласная. Значит, это тоже орфограмма. Проверочного слова тут подобрать нельзя. Такие случаи следует проверять по словарю и запоминать. На конце слова тетрадь слышится ть, а надо писать дь, потому что можно подобрать проверочное слово — тетради, — и это опять-таки орфограмма».
Где уж тут уследить за красивостью почерка!

Короче говоря, тот мрачный сценарий, которым Лена Данилова пугает родителей дошкольников, как раз в школе-то и реализуется в полной мере. Есть, правда, два несущественных отличия. Во-первых, Лена Данилова предполагает, что хотя бы попервоначалу буквы у дошкольников получаются всё же красивыми, а про школьников мы такого утверждать не можем. Во-вторых, согласно Лене Даниловой, дошкольники принимаются писать что попало и как попало, реализуя свои собственные необузданные фантазии, в то время как школьникам приходится писать под строгим надзором учителей, воплощая в жизнь убогие фантазии методистов.

Нет, я не хочу огульно хаять все подряд школы и всех подряд учителей. Наверняка, в наших необъятных просторах найдется такой учитель, который действительно учит писать красиво и грамотно. Однако всерьез рассчитывать на то, что мой ребенок попадет именно к нему, увы, не приходится.

Леонид Некин
http://nekin.info/e21.htm



Как правильно держать ручку при письме

(если ребенок — правша)?

Н. Н. Ге. Портрет писателя Льва Николаевича Толстого
Н. Н. Ге. Портрет писателя Льва Николаевича Толстого

Я начинаю обучать своих детей письму примерно за год до их поступления в школу. Я хочу, чтобы к тому времени, когда они впервые услышат слово «орфограмма», они уже умели выводить буквы достаточно уверенно.

Я сажаю ребенка за стол, вручаю ему ручку и... Вот тут-то и начинаются первые трудности. Как, собственно, эту ручку правильно держать?
Я принадлежу к первому поколению тех людей, которым в школе разрешили пользоваться шариковыми ручками, и моей постановкой руки никто не занимался. Родители, глядя на то, как я вывожу каракули, лишь качали головой и недоумевали: «До чего же по-дурацки ты держишь ручку! Обратный конец ручки должен смотреть в правое плечо, а он у тебя смотрит не пойми куда! Неужели учительница разрешает вам так писать?»

Я пробовал пару раз развернуть ручку так, чтобы ее обратный конец смотрел в правое плечо, но это показалось мне так неудобно, что я моментально отказывался от этой затеи.

Много лет спустя, когда я принялся за обучение своего старшего сына Дениса, недоуменные возгласы моих родителей как-то выветрились у меня из головы. Я считал себя большим экспертом по части письма. Я исписал в своей жизни не один килограмм бумаги, а мой почерк представляет предмет моей особой гордости. Я показал Денису, как я сам держу ручку, и дал ему инструкцию, чтобы он держал ручку точно так же.

Не тут-то было!

Пропорции детской руки не такие, как у взрослого, и Денис, в принципе, не мог держать ручку так же, как я. С грехом пополам мы добились чего-то приемлемого, и это положение руки было принято за обязательный стандарт. В первых классах Денис поражал всех красотой выводимых им букв, а потом... потом мы на несколько лет переехали в Германию. Немецкие школы не даром считаются самыми худшими в Европе.

В немецких школах строго регламентировано, какими письменными принадлежностями должны пользоваться ученики. Первые два года школьники пишут карандашом, а все остальные одиннадцать лет учебы — в обязательном порядке перьевой ручкой. По окончании школы перьевой ручкой никто никогда не пользуется.

Немецкая учительница фрау Шмидт, подивившись на красоту Денисиного почерка, заставила меня приобрести для него перьевую ручку (по-немецки — фюллер), и с тех пор его почерк стал стремительно портиться. Со свойственной мне дотошностью я принялся разбираться, в чем дело.

Я предпринял тогда первую в своей жизни попытку писать перьевой ручкой. Я купил для своих экспериментов самый дешевый фюллер, и он в моих руках просто отказывался писать. Я позаимствовал ручку у Дениса — и дело пошло не лучше. Хотя Денисин фюллер и был не из дешевых, однако ж ребенок успел за месяц привести его почти в полную негодность: перо было свернуто на сторону и кончик его раздваивался.

Тут и настало время припомнить старое правило: обратный конец ручки должен смотреть в правое плечо. Если я держал мой дешевый фюллер именно так, то он действительно начинал писать. В этом положении ручка сильно наклонена к бумаге, и основные (вертикальные) линии букв проводятся параллельно прорези на пере. Я надавливаю на шарообразный набалдашник на кончике, от этого две половинки пера слегка расходятся в стороны, прорезь становится шире, и по ней чернила благополучно стекают на бумагу.
Если же фюллер держать на манер шариковой ручки — торчком, так что обратный конец слегка наклонен в правую сторону, — то основные линии букв приходится проводить перпендикулярно прорези на пере. От этого прорезь зажимается, и чернила на бумагу не стекают.

— Разве вам фрау Шмидт не объяснила, как правильно держать фюллер? — поинтересовался я у Дениса.
— Нет.
— Не может быть! Ведь если его не так держать, так он же совсем не пишет!
— Если надавить посильнее, то пишет.
Я отобрал у Дениса фюллер и дал вместо него то, чем он писал раньше — капиллярную ручку (тонкий фломастер, по-немецки — фильц). Фрау Шмидт вызвала меня в школу.
— Это правда, что вы не разрешаете Денису писать фюллером? Так не пойдет. У нас нельзя писать фильцем. У нас все дети пишут фюллером! — заявила она угрожающе.
— А это правда, что вы им не показали, как надо держать фюллер? — отвечал я.
— А что тут показывать: фюллер надо держать точно так же, как и карандаш.
Я попросил ее продемонстрировать, чтo, на ее взгляд, является правильной постановкой руки. Разумеется, фюллера в ее сумочке не оказалось. Она достала фильц и накарябала им пару неразборчивых слов. Она держала его торчком, с небольшим наклоном вправо — точь-в-точь как я привык держать шариковую ручку.
— И вы считаете, что и фюллер держат точно так же?
— Конечно.
— Тогда у меня больше нет вопросов. Только фюллер я Денису не отдам. Пусть пишет фильцем.
— Но так нельзя! Вы будете разговаривать с ректором! Если он разрешит, тогда можете писать чем хотите. Я должна исполнить свой учительский долг.

В скором времени меня вызвали к ректору школы, херру Эзелю. К этой встрече я хотел подготовиться со всей ответственностью. Я принялся разыскивать информацию о правильной постановке руки при письме. Я основательно порылся в немецко- и русскоязычном интернете, но ничего не нашел. Огромное количество веб-страниц посвящено тому, как надлежит держать ручку левшам, но о правшах даже не упоминается. Я пошел в библиотеку и просмотрел множество книг по каллиграфии и стенографии. И снова: о постановке руки — ни гу-гу. Пришлось мне свою аргументацию основывать не на авторитетных источниках, а на логике и здравом смысле.

— Мы опытные педагоги, — заявил херр ректор Эзель, вертя в руках фильц. — Мы лучше знаем, как лучше. Было проведено множество исследований, и все они показали, что красивый почерк можно выработать только с помощью фюллера.

— Как замечательно! — ответил я. — Я как раз в последнее время очень интересуюсь этой темой. Дайте мне, пожалуйста, ссылку хотя бы на одно такое исследование.

— Мы опытные педагоги. Вы должны нам доверять. Раз мы так говорим, значит, так оно и есть. Вам не нужно спрашивать у нас никаких ссылок.

Тут меня посетило вдохновение и я произнес целую речь:

— Вы знаете, херр ректор, я тоже на днях провел одно любопытное исследование. Я научился писать фюллером в стиле «классика» — так, как наставляли меня когда-то папа с мамой: чтобы обратный конец ручки смотрел в правое плечо. До сих пор я всю жизнь писал стилем «модерн» — так, как это делаете Вы и фрау Шмит и как пишет теперь большинство человечества. «Модерн» хорош для современных письменных принадлежностей — шариковых ручек, роллеров, фильцев, маркеров. Эти ручки пишут лучше всего, когда расположены торчком к бумаге. На практике, их приходится слегка наклонять вправо, чтобы видеть кончик, которым пишешь.

«Модерн»
«Модерн»

Но у стиля «модерн» есть один очень серьезный недостаток. Дело в том, что рука опирается на внешнее ребро ладони и согнутый мизинец. Вот из-за мизинца и возникают проблемы. Во время письма мизинец не стоит на месте, а рефлекторно повторяет движения остальных пальцев. При этом он трется о стол, и на это трение расходуется огромное количество энергии. Рука быстро устает. Стоит исписать страницу — и такое ощущение, что рука вот-вот отвалится.

Вам, херр ректор, приходится подписывать множество бумаг. Вы, наверняка, знаете такой эффект. Если Вы ставите подпись внизу какого-либо документа и не подкладываете под руку дополнительного листа бумаги, то рука просто липнет к столу. Оказывается, что поставить подпись не так-то просто, — особенно в жаркую погоду, когда руки потные.

И еще одна маленькая деталь. Вы, херр ректор, сами были когда-то студентом. Не было ли у Вас в ту пору на среднем пальце вмятины от ручки из-за долгого писания? Наверняка же была!

И вот пару дней назад я попробовал писать «классикой». Вы знаете, ощущение такое, будто я долго-долго ехал на велосипеде по песчаной дорожке и выехал наконец на асфальт. Я почувствовал настоящее облегчение. Рука опирается на запястье и на саму ручку, обратный конец ручки смотрит в плечо, мизинец висит в воздухе и ни обо что не трется. Ну разве что самый его кончик слегка касается бумаги. Такая манера письма не требует почти никаких механических усилий. Так можно писать сколь угодно долго — рука не устает. Да и вмятины на среднем пальце не образуется, потому что ручка давит не на палец, а на бумагу.

«Классика»
«Классика»

«Классика» идеально подходит для фюллера, но плоха для фильца, потому что ручка сильно наклонена к бумаге. Как ни странно, «классика» вполне годится для шариковых ручек и для всех их современных разновидностей. В наклонном положении эти ручки пишут лишь ненамного хуже, чем торчком. Разумеется, если с наклоном перестараться, то шариковая ручка вообще перестает писать, но такого супер-наклона в «классике» и не требуется.

Я думаю, херр ректор, что ваша немецкая система школьного преподавания была изначально очень разумна. Малышам-первоклашкам трудно дается «классика». Руку с детскими пропорциями очень неудобно держать так, чтобы она опиралась только на запястье. Поэтому детям давали карандаш и разрешали на первых порах писать «модерном». Когда они подрастали, карандаш заменяли на фюллер и переучивали на «классику». Собственно, и переучивать тут особо нечему: просто руку надо несколько развернуть в предплечье, а всё остальное становится на свои места автоматически.

Так у вас, наверное, и было записано в древней инструкции: начиная с такого-то возраста школьники должны писать фюллером. Тут, конечно, важен был не фюллер сам по себе. Подразумевалось, что дети переходят на «классику». «Классика» — исключительно полезная вещь для всех, кому приходится много писать, и, в первую очередь, для старшеклассников и студентов.

Но вот что интересно. Мне недавно попалась на глаза реклама фирмы «Пеликан». Они выпускают фюллер, который предназначен специально для школьников. В своей рекламе они с гордостью подчеркивают, что их фюллер прекрасно пишет в любом положении. Но если так, то зачем переучивать ребенка на «классику»? Вручим ему пеликановский фюллер — и пусть пишет как попало! Неудивительно, что весь смысл древней инструкции нынче совершенно забылся, осталась только одна проформа.

— Так чем же Вы возмущаетесь? — вступила в разговор фрау Шмидт, которая тоже присутствовала на этой встрече. — Ради бога, пусть Денис пишет этой самой «классикой». Мне лично всё равно, как он будет держать ручку. Главное, чтобы он писал фюллером. Во всем должен быть порядок.
— А кто его научит писать «классикой»?
— Вот Вы и наýчите. Вы же так прекрасно во всем разбираетесь.
— Я только и делаю, что учу своих детей тому, чему их не учат в школе. Я, безусловно, научу Дениса «классике». Но только я сделаю это тогда, когда сам посчитаю нужным. Например, во время летних каникул, а не сейчас, посреди учебного года. Вы же не освободите его от всех письменных работ на время нашей учебы. Так что пусть пока попишет фильцем.
— Мы опытные педагоги, — сказал херр Эзель. — И во всем должен быть порядок.
— Правильно ли я Вас понимаю, херр ректор, — спросил я, — что Вы будете вынуждены исключить Дениса из школы, если я не дам ему фюллер?
Этот вопрос как будто испугал херра Эзеля. Он отчаянно замахал руками:
— Нет, нет, конечно, нет! Речь идет совсем не об этом!
И после паузы:
— Так Вы говорите, что вы живете здесь, в Германии, только временно.
— Именно так.
— И когда вы уезжаете обратно в Россию?
— На следующий год.
— Ну, ладно. Фрау Шмидт, в виде исключения, пусть он пишет фильцем.
— Но херр Эзель! А учительский долг! А порядок! Во всём...
— Ш-ш-ш! Фрау Шмидт, Вы так всем и объясните: он уезжает в Россию, и только поэтому, в виде исключения...
Я очень благодарен фрау Шмидт и херру Эзелю. Если бы не их любовь к порядку, я бы так никогда и не разобрался во всех тонкостях письма разными стилями.

Я взял теперь за основу «древнюю немецкую инструкцию». Поначалу мои дети учатся писать «модерном». Только я даю им не карандаш, а фильц — то есть, пардон, капиллярную ручку. Карандаш оставляет на бумаге слишком бледные следы и к тому же быстро тупится. Его надо постоянно подтачивать, и если доверить этот процесс ребенку, то отходы — стружка и графитовая пыль — будут потом равномерно распределены по всему полу. Шариковых ручек я тоже не люблю. Они тоже пишут слишком бледно, с отвратительными прожилками, и провоцируют на то, чтобы давить на них изо всех сил. Из капиллярных ручек я, не отличаясь оригинальностью, предпочитаю «Stabilo point 88». Эта ручка нравится мне тем, что она тоненькая, легкая и оставляет на бумаге яркий след почти без нажима.

Капиллярная ручка хороша еще и потому, что позволяет легко выявить чрезмерное напряжение руки. Дети склонны к тому, чтобы вцепляться в ручку мертвой хваткой. Иногда потрогаешь у них кисть руки — и она кажется твердой, как сталь. На глаз этого может быть и не заметно. Но если ребенок пишет капиллярной ручкой, то при слишком сильном нажиме линии получаются очень толстыми, и кончик ручки быстро измочаливается. Имея такую великолепную обратную связь, ребенок начинает следить за тем, чтобы рука постоянно оставалась расслабленной.

Следует заметить, что школьные тетради отечественного производства, как правило, не предназначены для письма капиллярной ручкой. Они изготовляются из такой плохой бумаги, что «капиллярные» чернила расплываются на ней, как на промокашке. К счастью, при домашнем обучении школьные тетради не обязательны.

Капиллярная ручка и «модерн» остаются у нас «закреплены» за кириллицей. Когда же приходит время осваивать латиницу, я вручаю ребенку перьевую ручку и приобщаю к «классике». При этом весь процесс учебы осуществляется как бы заново, так что даже переучиваться не надо.

Дополнение. Подробности о классической постановке руки можно прочитать в ходящем по интернету дореволюционном учебнике по каллиграфии, который можно скачать, например, тут.

Прописи для начинающих: отдельные буквы
Шрифт «Primo» для прописей-текстов
• Работа со шрифтом в редакторе Microsoft Word
• Работа в редакторах OpenOffice.org и LibreOffice
Шрифт «Tempo» для выработки (и исправления) почерка
Компьютерный набор: клавиатурный тренажер «Tiptop»

Леонид Некин
http://nekin.info/e22.htm



Н. Н. Боголюбов МЕТОДИКА ЧИСТОПИСАНИЯ

Н. Н. Боголюбов
МЕТОДИКА
ЧИСТОПИСАНИЯ

*** 1955 ***
Страницы приложения «Прописи по чистописанию,
иллюстрирующие содержание и порядок занятий
в I, II и III классах»
продублированы в цвете.

http://sheba.spb.ru/shkola/metodika-chistopisania-1955.htm

http://www.perunica.ru/vospitanie/8770-kto-pozabotitsya-o-tom-chtoby-rebenok-pisal-krasivo-bystro-i-gramotno-pravilnaya-postanovka-ruki-pri-pisme.html  





Кто позаботится о том, чтобы ребенок писал красиво, быстро и грамотно? Правильная постановка руки при письме

Категория: Дети и их воспитание   Теги: Чистописание и каллиграфия

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Коды нашей кнопки

Просто скопируйте код выше и вставьте в свою страничку

Перуница. Русский языческий сайт

Пример баннера