Перуница

» » Нейролингвистическое программирование как манипуляция

Всякое разное » 

Нейролингвистическое программирование как манипуляция

На протяжении полувека я наблюдал с близкого расстояния, как ошкуривалась и растлевалась отечественная «элита». В итоге она сдала и предала свою страну и заразила шкурничеством и преклонением перед Западом свой народ. Измена наверху вызвала растерянность внизу. Люди наши патологизировались. И возникла неслыханная в мировой истории система самогеноцида.

Думаю, на десятки и сотни лет хватит работы историкам и философам – осмыслить то, что с нами произошло и происходит. И вот недавно появился большой материал доктора филологических наук Татьяны Мироновой «Телетранс: Избирательные технологии превращают Россию в дурдом» (интервью с Т. Мироновой). Многие выводы и соображения этой статьи подтверждаются моими наблюдениями.

Мы, говорит Татьяна Миронова, уже устали от обилия нездоровых лиц в метро, нервных срывов близких, истерических выпадов со стороны сослуживцев, а главное, от весьма далеких от здравого смысла рассуждений этих самых сослуживцев и ближних. Безрассудство на грани безумия свойственно сегодня сознанию многих наших соотечественников. Словно о нас сказано православным провидцем, что наступят времена, когда весь мир будет сведен с ума, а тех, кто сохранит здравый рассудок, объявят безумцами.

Ощущение всеобщей эпидемии сумасшествия не иллюзия, это действительное состояние многих людей, которое можно назвать повальной шизофренией общества. Нарушение способности думать проявляется в наивно упрощенном восприятии мира вещей и событий. Причем у больного может сохраняться способность анализировать факты и делать собственные выводы, но связь события и суждения о нем — случайна, к примеру о погоде будет сказано, что «идет дождь, потому что синоптики обещали плохую погоду». Психически нездоровый человек не критичен в своих размышлениях. Некритичность больного ума выдают рассуждения типа «Лужков с Путиным повысили пенсию на шесть процентов, молодцы, о людях заботятся!». Шизофреник и говорит без речевых ошибок, и предложения строит внешне правильные, но все это лишь пустая умственная жвачка.

Изменение личности — психиатрический диагноз. Человек с изменением личности не распознает «иерархии мотивов своего поведения»: когда ему дано выбирать между чашкой кофе и визитом к больной матери, он выберет кофе и найдет своему выбору весомые оправдания, вроде того, что мать-де о нем мало и плохо заботилась. У больного с диагнозом «изменение личности» сформированы патологические потребности, часто выступающие в виде навязчивых идей. Он может стремиться делать большие и дорогостоящие покупки или чрезмерно много есть, или навязчиво приставать к женщинам. Свои действия больной не в состоянии контролировать, его легко заразить новой «манией». Вот шквалом обрушивается на нас с экрана пропаганда пива и заставляет миллионы мальчишек и девчонок шизофренически завороженно разгуливать по улицам с пивными бутылками в руках, в затяжку прикладываться к ним с истомленным жаждой видом. И если спросить, зачем они так много и озабоченно пьют пиво, ответом послужит шизофреническое, вдолбленное в их головы через экран — «чтобы не дать себе засохнуть».

Нарушение мышления, изменение личности — это еще не все симптомы, которые сближают телезрителя с шизофреником. Шизофреникам свойственны галлюцинации — видения, к которым больной относится как к реальности, он, по сути дела, живет в параллельном действительности мире. По уверениям психиатров, эти галлюцинации настолько жизнеподобны, их образы так ярки и чувственны, что убедить больного в том, что перед ним лишь плод его воспаленного воображения, невозможно. А ведь галлюцинация шизофреника по своей психологической природе сходна с живой экранной картинкой, которую наблюдает по телевизору наш зритель. Чувственность и достоверность образов, яркость впечатлений переживают и тот, и другой. Именно так, как развивается шизофреническая болезнь, — от потери логики в сознания до ярких, убедительных галлюцинаций, — вырабатывается шизофреническое, галлюцинационное мышление у теле- и радиослушателей, навязываемое им особыми приемами подачи информации.

Главная цель разработчиков информационных технологий — манипулировать массами, чтобы гарантированно иметь власть, получаемую на всеобщих, прямых, равных и тайных выборах, которые еще в XIX веке умные люди России назвали «четыреххвосткой», очень точно сравнивая с плеткой, которой в Древнем Риме повелевали рабами. При помощи технологии внушения человек разумный переделывается в «человека голосующего», в микроэлемент людской биомассы, которая, послушная внешним импульсам-командам, действует как машина для голосования. Манипуляция людьми получила ученое название нейролингвистического программирования (НЛП).

Определение гласит: «НЛП — это речевое воздействие человека на человека с целью создания у последнего новых программ поведения и действия». Еще нас убеждают, что НЛП — это всего-навсего «процесс ускоренного обучения и переучивания, избавления от нежелательных стереотипов поведения, создания новых программ поведения». Но во всех этих формулах четко проговаривается, что некто посторонний для личности составляет ей новую программу поведения, избавляет ее от «стереотипов», нежелательных этому стороннему лицу! Как будто носитель нейролингвистических технологий один владеет истинным знанием о мире и исповедует властный подход к остальным: «Человек — это текст, который можно и нужно править».

Именно в сознание личности бесцеремонно вмешивается некто, называя наши разум и душу «неправильным текстом», готовый одно стереть из памяти, другое изменить на противоположное, втемяшить в качестве приятного то, что тебе до глубины души противно. Методики нейролингвистического программирования провозглашают идею порабощения наших душ: «Человек, общаясь с другим, представляет для последнего его территорию, которую он сам формирует сообразно его собственной карте». На захваченной агрессивным чужаком «территории» осуществляется «побуждение к реакции, противоречащей, противоположной рефлекторному поведению организма, ведь нелепо внушать что-либо, что организм и без того стремится выполнить».

Дадим, говорит Татьяна Миронова, честное определение нейролингвистическому программированию, открыто применяемому сегодня в выборных игрищах, на политических ристалищах.

Нейролингвистическое программирование — это психологический захват души, насилие над личностью, которая может почувствовать агрессивное вторжение (и тогда в ответ резкий отпор насильнику — «Не лезь в душу!»), а может и не почувствовать. В последнем и состоит дьявольское искусство технологов нейролингвистического программирования, которые, уже открыто и нагло бахвалясь, называют себя «жрецами-лингвистами», чтобы жертва их насилия не почувствовала воздействия, чтобы психические перемены произошли в человеке незаметно для него самого.

Нейролингвистическое программирование — это чужое вмешательство в подсознание человека, чтобы управлять им незаметно для него самого. То, что политтехнологи, эти «жрецы-лингвисты», называют подсознанием, христиане именуют глубиной человеческой души, и всякое вторжение в нее очень точно определяют как соблазн и искушение.

Вторжение в подсознание осуществляется прежде всего путем гипнотического транса. Гипнотический транс — особое состояние человека, когда он способен легче всего воспринять и усвоить внушение, чужую программу, команду извне. Эта технология открыта психиатром Эриксоном в конце XIX века и долго применялась в лечебных целях, но бурное развитие телевидения позволило политтехнологам применить ее к совершенно здоровым людям. Введение в телевизионный транс полностью совпадает с технологией введения в лечебный гипнотический транс.

Человек должен находиться в удобном для него положении, например, лежать на диване или расслабленно сидеть в кресле после рабочего дня. Его внимание должно быть сосредоточено на каком-либо предмете, и таким предметом как раз является телевизионный экран — яркое пятно с постоянно изменяющимися красками, само собой притягивающее взгляд. Человек ни о чем не должен думать и не иметь в эту минуту никаких забот — именно в таком состоянии опускается на свой диван телезритель, отрешившись от служебной и домашней суеты. Такова отправная точка телевизионного транса, во всем подобная профессионально-гипнотическому трансу.

Затем технологи «расщепляют» сознание и подсознание клиента, то есть выключают разум, убедив человека ни о чем не думать. В состояние легкой дремоты или медитации зрителя перед телевизором приводит цепь быстро сменяющихся изображений, на которых невозможно сосредоточиться: сознание выключается само собой.

Глубина такого транса может быть различной. Хорошо, если человека теребят дети, просят проверить уроки или почитать книжку, замечательно, когда недовольно ворчит жена, раздраженная тем, что муж не смотрит любимый ею сериал, просто отлично, если вдруг зазвонит телефон или сбежит молоко на кухне. Гипнотический транс не любит таких «вдруг», его спугивает внешняя суета, и тогда душа человека остается малоповрежденной. Но если всего этого нет и вы завороженным взглядом сосредоточились на волшебно мерцающем экране, тогда ваша душа — в чужой и очень опасной власти. Именно тогда и происходит беспрепятственное «формирование программ поведения человека, его целеустановок.

Простейшие операции наведения гипнотического транса — присоединение к источнику внушения, подчинение этому источнику, закрепление в состоянии гипнотического транса с выключенным сознанием, но открытым подсознанием, управление путем внушения новых для вашего жизненного опыта программ — такова азбука нейролингвистического программирования. И пускай бы этими методами лечили психически больных, но нейролингвистическое программирование применяют к людям здоровым, которые, получив дозу внушения, и начинают вести себя, как психопаты.

С отключенным сознанием, как бы в полусне, человек не фильтрует поступающие ему информацию и команды, они беспрепятственно проникают в подсознание и переправляются в сознание. В результате мотивы своих поступков жертва гипнотического транса не может объяснить даже сама себе, об этом знает только тот, кто записал ей команду на «подкорку».

Запрограммированных на избрание «любимого кандидата», можно наблюдать во время любых выборов, когда на избирательный участок приходят растерянные, озабоченные, несколько подавленные люди, рассеянно берут бюллетень, долго и напряженно вглядываются в длинный список, будто силясь что-что вспомнить, и затем ставят галочку против какой-то им самим неведомой фамилии. Специалисты по выборным технологиям, рекламируя свои услуги, хвастают, что, «по разным оценкам, посредством воздействия на подсознание избирателей можно привлечь от 2—3 до 10—15 процентов голосов от числа проголосовавших». Однако более пессимистичные оценки дают цифру в 35 процентов всех избирателей, воспользовавшихся своим правом выбора. Именно такую цифру называли американские консультанты после победы Ельцина в 1996 году, когда говорили об эффективности своих избирательных технологий.

Примерно такое же число дал опрос населения после президентских выборов в июне 1996 года ( «Коммерсант-Daily» , 1996, 29 августа): «Для 32 % из тех, кто голосовал за Б.Ельцина, его победа была безразлична, и лишь 67% были удовлетворены ею». Командный импульс голосовать за Ельцина был сильным, но кратковременным, и уже в сентябре 1996 года уровень доверия к только что избранному президенту составил, по данным ВЦИОМ, всего 12 %.

Каковы же информационные «отмычки» для «взлома» наших душ? Внедряясь в подсознание, специалисты по нейролингвистическому программированию преодолевают особые «фильтры» души, которые процеживают поступающую информацию. Эти «фильтры» хранят рассудок от грубых повреждений, стараясь не допустить помрачения ума. Подсознание может выключать память, спасая от «перебора» сведений, заведомо ненужных ее хозяину.

И если вы твердо убеждены, что не пойдете голосовать, так как выборы — это смесь махинаций и профанаций, то все кандидатские имена со всех углов и столбов будут скользить мимо вашей памяти.

Подсознание работает как «фильтр», не воспринимая, отбрасывая от себя нежелательное для человека. И когда старому коммунисту пытаются объяснить, что Компартия, которой он предан всю жизнь, запятнала себя репрессиями и уничтожением православных священников, он «затворит свой слух».

Человеческое подсознание в угоду хозяину способно все оправдать, все объяснить, все простить. Получив внушение любить президента как отца родного, человек «на уровне подсознания» принимается оправдывать, обеливать его, очищать от всех преступлений, грехов и ошибок: во всем виноваты окружение, помощники, подчиненные, пришельцы с Марса, солнечная активность, но только не президент. И что бы ни происходило, будьте уверены, — оправдание любимому президенту всегда найдется.

Самый устойчивый из психологических барьеров подсознания, спасающий человека от информационного вторжения в душу, — его убеждения, в терминологии политтехнологов — «барьер мифов». Для взлома этого барьера политтехнологи разработали особо хитрые «отмычки». Так, убежденно верующего православного может подвигнуть идти голосовать православный священник и только за православного, чем пиарщики очень активно пользуются, выпуская на арену агитации лукавых людей, ряженых в рясы и убеждающих голосовать «по воле Божьей». По этой же причине пиарщики любят «подавать» своих кандидатов в пейзажах с церквами и крестами. Подсознание верующего без сопротивления принимает подобный сигнал: «Свой — православный!».

Крепким барьером на пути чужеродного вторжения в подсознание является частокол профессиональных знаний. К примеру, люди, профессионально занимающиеся словом — писатели, журналисты, филологи, артисты, психологи, политики, только посмеются над дешевым выборным шантажом «Голосуй, а то проиграешь», не поверят актеру, с восторгом уверяющему, что книга Ельцина «Записки президента» — как «Война и мир» Толстого, тот же масштаб, яркость мысли, художественное мастерство.

Серьезным препятствием для проникновения чужаков в подсознание является и так называемый межличностный барьер, та волна неприязни, что вздымается в душе, когда слышишь о ненавистных по опыту жизни людях. Разве можно было расположить избирателя к Ельцину, собравшемуся во власть на новый срок, разрушившему страну, спустившему жуликам народную собственность, развязавшему гражданскую войну? Но и этот кажущийся непреодолимым барьер подсознания сумели взломать политтехнологи. Они не стали придумывать Ельцину новый «имидж», а, словно забыв о своем подопечном, взялись менять «имидж» его соперников-коммунистов. Переименовали их в «красно-коричневых», внушили, что при «красно-коричневых» в России будут голод и гражданская война, и тем самым изменили к ним отношение населения. Накопив огромный опыт взлома подсознания, политтехнологи скоро и ненавистное народу имя Чубайса принудят воспринимать с благожелательным добродушием: не тряпка, жесткий, волевой, сумел навести порядок в энергетике, наведет его и в России.

Каждый человек имеет свои, порой очень личностные барьеры подсознания из верований, знаний, убеждений и ими заграждается от чужих, непрошеных вторжений в свою душу, следовательно, во время таких массовых кампаний, как выборы, искателям душ нужно одновременно находить «ключики» для миллионов людей. Есть ли такие универсальные «отмычки»? Да, они есть. Все теле- и радиоканалы строго контролируются или властью, или их хозяевами, и сведения поступают к зрителю и слушателю в «упаковке» комментария или с «биркой» оценки их журналистом. Военная хроника из Чечни в 1995-1996 годах могла не содержать никаких рассуждений репортера, но, рассказывая о противоборствующих сторонах, тележурналисты русских солдат называли «федералами», а чеченских бандитов — «полевыми командирами», и зритель интуитивно сочувствовал партизанским командирам, героически сражавшимся с непонятными «федералами».

Лжезакон свободы информации втолковывает наивным гражданам, что средства массовой информации в демократическом обществе показывают то, что хочет видеть большинство телезрителей, что это-де «народный заказ». Но разве катящий с телеэкрана вал насилия, секса, лицемерия, подлости жаждет видеть народ? Да если какой космический пришелец, ничего не зная о нашей цивилизации, судил бы о ней только по тем фильмам, которые вышли на экраны за последние годы, он вынес бы твердое убеждение, что Россия — страна убийц, проституток и наркоманов. А ведь нас всерьез убеждают, что мы именно такие, какими нас показывают, нам внушают, что мы агрессивны и злы по своей природе и телевидение объективно, прямо-таки зеркально отражает наше лицо и нашу натуру.

Нас убеждают, что «черный ящик» в углу комнаты — наш друг, наше окно в мир, наше око, следящее за самым интересным в мире. Это подкупает нас доверять экрану как собственным глазам, что вкупе с раскрытыми при помощи телевизионного транса вратами нашего подсознания и делает зрителя послушной игрушкой в руках политтехнологов.

«Расщепление» сознания может достигаться самыми хитроумными способами. На экране возникает известное всем с детства по репродукциям в учебниках живописное полотно «Охотники на привале», на котором с удовольствием останавливается наш взгляд, интуитивно возрадовавшись образам детства и школьных лет, и вдруг изображение начинает оживать, охотники встают, собаки вскакивают, а зритель, естественно, вздрагивает, на миг поверив, что ему все это «чудится» и что он сходит с ума. Эта мгновенная потеря ощущения реальности сама собой расщепляет сознание и вводит человека в гипнотический транс.

Когда доза информации попала на подсознание тележертвы, телезрителя немедленно выводят из состояния полузабытья. Чаще всего это происходит при помощи серии ярких вспышек, на которые реагируют глаз и мозг, как бы пробуждаясь от усыпления. На это пробужденное сознание снова воздействуют еще более усиленной дозой информации, которая проникает в человеческий ум и память в состоянии постгипнотического внушения, очень благоприятном при управлении человеком извне. Такова схема активного воздействия на подсознание человека техническими приемами телерекламы.

А теперь представьте, что все эти приемы бьют в одну и ту же точку, преследуют одну и ту же цель: заставить народ голосовать за нужного властям кандидата, за угодный правителям выборный думский блок. Получив сверхдозу такого внушения, человек, все защитные барьеры подсознания которого взломаны, все фильтры души уничтожены, просто заболевает манией любви и преданности, становится сам не свой, в нем отчетливо проступают симптомы психического изменения личности.

МАНИПУЛЯЦИЯ И ТВ


В предвыборный период все жанры телевидения служат выборам, и их воздействие на зрителей особенно агрессивно. Число жертв информационных технологий многократно увеличивается, некоторые впадают в депрессию, растет число самоубийств, люди становятся беспричинно злобны, мучаются страхами или, наоборот, заболевают апатией. И это неудивительно, ведь в нас, без спроса, даже без нашего ведома, закладывают информацию, запускают командные импульсы, вырабатывают симпатии и антипатии, не свойственные нам по природе, которые вызывают мучительное чувство раздвоения личности, разрушают психику,.

Рассмотрим, как делаются диверсионные «закладки» информации в наше подсознание. Вмонтированный в видеопленку «25-й кадр» не виден глазом, но хорошо улавливается подсознанием. Классический пример его использования в рекламе поп-корна во время проката кинофильмов в США всегда сопровождается лживым заверением, что ныне такая наглая манипуляция людьми просто невозможна, поскольку «25-й кадр» запрещен как преступный беспрепятственный вход в подсознание, при этом монтаж якобы легко обнаружить и, дескать, рекламодатели и телетехнологи боятся неприятностей. Такие заверения лишь усыпляют наше внимание к тому, что мы получаем с экрана. Выявить «25-й кадр» на телевидении практически невозможно, для этого необходима специальная компьютерная программа, появившаяся в России только в 2002 году и показавшая перегруженность «25-ми кадрами» всех телепередач на всех каналах. Когда эту компьютерную программу по чьей-то оплошности начали рекламировать, Министерство печати и информации России проговорилось, что «25-й кадр» используется сейчас практически в каждой телепередаче и в каждой рекламе.

Что конкретно внедряется в наше подсознание через «25-й кадр» — неукротимое желание пить пепси, навязчивая идея поклоняться Будде или Кришне, а, может, мания исступленно любить Жириновского, — нам неведомо. Можно, к примеру, заставить толпу разгоряченных болельщиков бить витрины и поджигать машины на улицах, передав им через «25-й кадр» на огромных уличных телеэкранах сигнал лютой злобы. А потом в ответ на спровоцированную бойню срочно принять в Думе закон о противодействии экстремистской деятельности, карающий репрессиями всех неугодных власти.

Есть и иные пути влезть в наши души и мозги, подкинуть в наши гнезда «роковые яйца». Это так называемая «свертка» информации в легко усваиваемый образ и «развертка» ее в сознании зрителя в виде твердого убеждения. В 1996 году, накануне очередных президентских выборов, придворный режиссер Эльдар Рязанов снял документальный фильм о том, как гостевал у Ельциных. Его принимали запросто на кухне, суетливая Наина мелькала на экране с капустным пирогом, что-то нечленораздельное мямлил президент, но главным событием фильма стал ... стул, на который как бы случайно опустился Рязанов и как бы нечаянно порвал свои брюки. Какая замечательно выигрышная сцена! Зритель огорошен: у Ельцина из стульев гвозди торчат! Простой, скромный человек, совсем как мы, грешные! Гвоздь и порванные штаны Рязанова — вот образ, в который была свернута пространная информация о том, что Ельцин-де не вор и злодей, обесчестивший великое государство, а скромный, простой, наш, свойский. А «свой» плохим быть не может!

Технология «свертки информации» на широкую ногу была поставлена в передаче «Без галстука» на НТВ, где регулярно нам представляли «одомашненных» политиков – на кухнях и дачах, с женами и детьми, собаками и кошками, попадались субъекты с верблюдами. Чего они только не вытворяли с идиотски-искренним лицом под одобрительные понукания ведущей. Премьер-министр Черномырдин бацал (нельзя же это назвать игрой!) два притопа — три прихлопа на гармошке, саратовский губернатор Аяцков демонстрировал искусство верховой езды на верблюде, секретарь Совета безопасности Лебедь пыхтя отжимался и наяривал утюгом пододеяльники, премьер-министр Кириенко с подростковым энтузиазмом пырял японским кухонным ножом воображаемого противника. Разыгрывание из себя полных идиотов делалось этими людьми ради одного — показать избирателю, что они свои, простые, доступные, такие, как все. Посмотрят обыватель и его благоверная, как Черномырдин живет, и вроде у Черномырдина в гостях побывал, рядом с ним на стуле посидел, гармошку его хрипатую послушал, супругой его полюбовался, приметил, где что на полках стоит, на чем премьер-министры хлеб-соль едят. А если ты у человека в доме был, он же своим становится, родной совсем, почти что брат. И поет не лучше пьяного соседа, и баба его еще толще моей Нюрки, и пес его шелудивый, такие и в нашем дворе бегают. Ну как есть свой! А за своего, знакомого, родного, за Нюрку, гармошку и пса — как тут не проголосовать, рука сама бюллетень нашаривает...

Так, через мимолетный образ, как бы нечаянную деталь, вроде бы случайное действие вкрадывается в душу человека продуманная информация и растекается, заполняя сознание убежденным мнением — о скромном и честном труженике Ельцине, о свойском мужике Черномырдине, о добропорядочном семьянине Жириновском... В выборных кампаниях эту технологию считают важнейшей. Если политика показывают потеющим в тяжелом физическом труде, скажем, рубит дрова на даче, значит, нас хотят убедить, что трудолюбив наш будущий избранник, хозяйственный. Если демонстрируют политика, который гладит лошадь или собаку и треплет за уши кота, насторожитесь: вас хотят убедить, что он добрый и отзывчивый человек. Кот, собака и лошадь очень часто не имеют к герою ни малейшего отношения.

Хитрющая Маргарет Тэтчер ради имиджа выгуливала перед телекамерами на пляже совершенно незнакомую ей собаку. Предвыборные пудели господина Путина, если бы не были его собственными, тоже могли бы быть взяты напрокат из какого-нибудь собачьего клуба, причем именно пудели — глупые, добродушные существа, кидающиеся лизать в нос всякого встречного-поперечного и вызывающие умиление избирательниц. Демонстрировать в роли путинского любимца кровожадного бультерьера телетехнологи вряд ли решились бы.

Показать кандидата, гладящего экзотическую бородавчатую жабу или миниатюрного домашнего крокодила — такие семейные любимцы есть у некоторых оригиналов, — пиарщики вообще наотрез откажутся, равно как не предложат «клиенту» прогуляться по пляжу с черным каракумским тарантулом на плече или с парой породистых белых крыс на изящной золотой витой цепочке.

Особенно критично относитесь к идиллическим репортажам о политиках в окружении детей — как своих, так и чужих. Маленькая дочка забралась к папе на руки и прижалась к нему румяной щечкой. В душе зрителя мед и патока — этот человек никому не сделает зла, ведь он так любит детей! Он и о наших детях позаботится не хуже, чем о родных! И сколько таких идиллических картинок из «детского альбома» припасли политтехнологи для доверчивого избирателя: тут тебе и посещение «клиентом» детского дома с подарками, и его визит в детскую больницу с лекарствами. Обездоленные дети, исстрадавшиеся личики, с трогательным ожиданием искренние глаза вот так цинично пролезают в души избирателей депутаты и президенты. Вот откуда постоянный сюжет предвыборных новостей: жена президента со слащавой улыбкой гладит по головке детдомовского сиротку, Лужков собственноручно привозит мед в детский приют и торжественно проводит там публичное чаепитие, Путин чуть ли не каждый день бывает на уроках в школах, самолично объясняя второклассникам свою предвыборную программу...

Для здравого ума — это бездарнейшее времяпровождение руководителя. Люди при столь важных должностях, обремененные кучей государственных дел, занимаются сущими пустяками. Смешно мэру работать раздатчиком меда, а президенту учить второклассников конституции, но с точки зрения выборных технологий — мудрые шаги – избиратель уронит скупую слезу и до самого заветного дня выборов будет неотвязно помнить — наш избранник необыкновенно, исключительно, замечательно добрый человек!

Заметьте, не все стороны жизни своих обожаемых вождей видят избиратели в этих «электоральных пасторалях». Никто никогда еще не показал, как какой-нибудь кандидат с аппетитом поглощает черную икру, да даже простую свиную отбивную еще никто из них на экране прилюдно не скушал. А почему? Да потому что это интуитивно не по нутру обывателю, который, поглазев на жующего, непременно решит: «Ох, и прожорлив! Такого к власти нельзя — всех сожрет!».

Точно так же никто из пиарщиков не советует своим «клиентам» показать себя моющимся, причесывающимся, одевающимся (а вот в бане, непременно в парной, с экрана телевизора успели покрасоваться многие — ведь это образная информация о русскости и здоровости человека). Но моющийся, скажем, под душем, вооруженный мочалкой и мылом кандидат непременно даст зрителю повод подумать: «Видать, шибко грязный, если нужда прилюдно мыться». А поскольку подсознание метафор не приемлет, то и образ грязного во всех отношениях человека закрепится за «клиентом» навеки.

Важной технологией внушения, проникновения в наши мозги и души оказываются авторские программы на политические темы. Их воздействие основано на особой роли монолога. Вопросы, ответы, споры, возражения, то есть привычный в нашей повседневности диалог дает возможность каждому анализировать, сомневаться, думать. Монолог же — когда один говорит, а другие его только слушают — в обычной жизни возможен, когда говорит старший — начальник, учитель, руководитель, родитель, хозяин, словом, авторитет, которого принято не перебивать, которому будет лучше не возражать, с которым себе дороже спорить.

Но монолог с экрана телевизора в авторских программах создает ситуацию, когда мы, зрители, не можем возразить ни Сванидзе, ни Познеру, ни Шустеру, глаголющим с экрана. Мы принуждены только слушать их, как будто они нам отцы родные или учителя, начальники или хозяева. Благодаря телемонологу у большинства зрителей, вопреки их собственной воле, вырабатывается привычка, даже потребность соглашаться с тем, что вещает им с экрана «говорящая голова». Слова «говорящей головы» с экрана всегда кажутся весомее и значительнее слов рядом живущих, будь они стократ умнее познеров и шустеров. Ведь с умным соседом можно поспорить, можно даже в ухо ему дать, чтоб шибко не умничал, а с экранной головой, пусть даже наипустейшей в мире, не поспоришь, в ухо не заедешь. Вот психологическая причина высоты экранного пьедестала, создающего культ из любой серости.

Увеличительная телелинза, наведенная на исполнителя монологов — телекомментатора, депутата, президента, банкира, удивительным образом умножает объем мозгов и значимость слов всякого, на кого умело наведена. Вспомним, как подавали с экрана речи больного и пьяного Ельцина в бытность его президентом России: вырезали нетрезвые детали, несуразицы и глупости, произнесенные им «не в себе». И эти отредактированные монологи выдавались за тронные слова, которые, представьте, многих брали за душу! А как его осудить, если он говорит, а ты молчишь, ты же подсознательно оказываешься в роли провинившегося сына пред очами строгого отца. А разве отца выбирают, разве отца можно судить? Вот так волшебная линза телеэкрана из визгливо тявкающей моськи делает многозначительно трубящего слона, из лилипута — гулливера.

Безропотное послушание «говорящей голове», конечно, оказывают не все. Замечено, что эти самые «головы» эффективно воздействуют на людей довольно высокого интеллекта, которые, как говорят, «легко обучаемы», потому что выдрессированы жизнью и работой перенимать опыт у любого авторитета. Но на многих людей, по натуре своей непокорных и неподатливых, а также на несообразительных, не любящих учиться и слушать умные речи, убедительные монологи «говорящих голов» не действуют. Такие неслухи и в детстве отца-матери не почитают, на работе перечат начальству, сутяжничают по пустякам. Ловушкой для не готовых участвовать в заклинательных «сеансах» «говорящих голов» является другая виртуозная технология внушения, отработанная в телевизионных техниках «ток-шоу».

Ток-шоу представляет собой диалог — ведущий или ведущие расспрашивают приглашенного на передачу гостя или гостей. Зритель, наблюдающий беседу на экране, — это третья, созерцающая действо сторона. Кажется, столкновение мнений, горячие споры, резкие возражения делают наблюдающего вольным выбирать, с кем согласиться и кого поддержать сначала душою и сердцем, а потом головой. Спорщик и неслух наверняка уловит в гвалте полемики мнение по душе.

Но свобода выбора одного из двух или нескольких мнений здесь также иллюзорна, и вот почему. Вы, наверное, обращали внимание, что в ток-шоу обязательно присутствуют зрители, плотным кольцом окружающие собеседников. Аудитория эта по большей части молодежная (набрана из студентов) или женская (где добывают такое количество праздных домохозяек, неведомо). Вот с этой аудиторией, с ее мнением, ее чувствами, ее впечатлением и сливается душой, сердцем и головой зритель. Психологи установили, что треть человечества непременно хочет быть, как все, не отстать от других, подпевать общему хору.

На солидарности во мнениях, на автоматическом присоединении телезрителя к зрительской аудитории ток-шоу и строится расчет программирующих нас политтехнологов. Ведь мнение зрительской аудитории ток-шоу абсолютно управляемо. К примеру, на передаче Познера «Времена» существует негласная договоренность ведущего со зрителями на трибунах, окольцовывающих ток-шоу: рядом с видеооператором стоит человек-суфлер, на которого время от времени взглядывают трибуны, и этот человек хмурится, возмущается, подсмеивается. А главное, первым начинает аплодировать в нужных по сценарию местах. И трибуны вслед за ним и хмурятся, и возмущенно протестуют, и хохочут, всплескивая руками, и прежде всего дружно подхватывают аплодисменты, давая звучащему на арене мнению нужную манипуляторам эмоциональную оценку. И мы, продавливая свои диваны у телевизоров, не по своей воле, а исключительно по диктату суфлера ток-шоу хмуримся и возмущаемся, хихикаем и аплодируем.

Мой коллега, будучи приглашенным на «Времена» к Познеру, заметил манипуляции суфлера. Убедившись, что трибуны кидаются хлопать в ладоши по звуку его первого хлопка, он принялся хлопать в «неурочный час» и «увел» за собой трибуны, они азартно аплодировали словам, в ответ на которые, по замыслу Познера, должны были топать ногами. Конфуз в программе «Времена» был полный, а результат манипуляции зрительским мнением практически нулевой.

Заметьте, что ток-шоу на телевидении представлены в широчайшем ассортименте, охватывая все социальные группы не любящих думать и учиться людей, на которых логика факта не действует. Это большей частью женщины (а они весьма добросовестные избирательницы), при отсутствии телевизора дни напролет проводили бы у домов на лавочках, пересуживая соседей, родню, начальство и всякого встречного-поперечного, но там, на лавочках, управлять их мнением невозможно, и для выборов эти люди были бы потеряны. А вот управлять ими, слившимися в одну коллективную душу с трибунами ток-шоу, очень удобно. И политтехнологи умело управляют, играя на любопытстве телезрителей к «грязным темам» извращенной любви, супружеских измен, к тайнам черной магии и вредительского колдовства, к каббале и гаданиям, да мало ли житейской грязи, на которую глупое женское любопытство клюет, пересиливая стыд, отвращение, осторожность и брезгливость. Одна только передача «Жди меня», занимающаяся поиском беглых мужей, скрывающихся от алиментов, и блудных сыновей, забывших о родителях, так прикует зрительницу к экрану, что и плач родного дитяти не оторвет от мерцающей голубой линзы ее зачарованного взгляда.

Эта почти маниакальная привязанность к ток-шоу делает бедных женщин послушным стадом любимого пастуха — ведущего передачи. И этот манипулятор в заветный час произносит заветное слово, по которому сотни тысяч его поклонниц выполняют порученное им от ведущего как главную задачу своей жизни.

Еще одна технология внушения —-это художественные сериалы, приковывающие население к экранам изо дня в день так, что старый и малый забывают про сон и питье, ждут не дождутся узнать, кто кого победит в бандитской разборке, выйдет ли Роза-Мария-Изабелла замуж за Дона Диаболиса, чьим сыном является ребенок Лючии... Лет десять назад сериалы уже сослужили худую службу: они воспитали особый тип зрителя-телемана, приучив большую часть населения страны, включая отнюдь не сентиментальных мужчин, регулярно усаживаться у телевизора, сживаться с телевизором, не отходить от телевизора, мыслить телевизором. Из жизни большинства людей стали уходить другие источники информации — книги и газеты, с которыми человек чувствует себя гораздо более свободным в суждениях.

На этом роль «Рабыни Изауры» и «богатых, которые плачут», и закончилась. Сегодня они украшают одиночество пенсионеров, которые вместо молитвы и воспитания внуков, естественного состояния старого человека, пережившего время страстей и думающего о спасении души, пребывают в наркотическом полусне, нашептанном виртуальными страстями мексиканских мыльных опер. Место же «Тропиканки» и всяческих «рабынь» теперь заступили отечественные сериалы про «нашу жизнь». Их задача, привязав к себе взрослое население страны, неспешно перевоспитывать его в соответствии с задачами, поставленными властью. Черно-белые герои сериалов программируют зрителя, навязывая ему новые представления о жизни, настойчиво формируют наши новые симпатии и антипатии.

К примеру, сериал «Кодекс чести», показанный в начале 2003 года по НТВ, — один из воспитывающих в преддверии выборов декабря 2003 года именно национальные симпатии и антипатии. В нескольких фильмах по нескольку серий каждый показаны бывшие спецназовцы, честные и смелые, душой радеющие за державу, среди них пятеро русских и два еврея. Враги же, с которыми воюют российские командос, — это чеченцы, собирающиеся взорвать атомную станцию, это русский продажный генерал, торгующий химическим оружием с арабами, это бандит-эстонец, контролирующий Калининградский порт. А вот кто друзья и верные помощники? Нетрудно догадаться: еврей Аарон, бывший советский разведчик, сбежавший некогда за границу и ныне тоскующий по России, смелая еврейская девушка-агент Моссада, спасающая ценой своей жизни Россию от чеченского атомного взрыва...

Следующие фильмы этого сериала продолжат список национальных симпатий-антипатий, без сомнения, в том же направлении. Кавказцы, эстонцы, арабы заведомо будут противостоять спецназовцам, а евреи останутся верными товарищами по оружию, причем во славу России. И так вот ненавязчиво, не в лоб, а исподволь, через сюжет, через образ доброго старого Аарона и отважной героини-моссадовки, через храброго лейтенанта Семена, павшего смертью храбрых, у зрителей формируется чувство, да, пока только чувство глубокой симпатии к любому Аарону, который затем предложит себя в депутаты, в губернаторы, в мэры и президенты. А все наше негодование о бедах Отечества мы изольем на головы ловко подсунутых нам виновников наших бед — кавказцев, арабов, эстонцев...

ПОЧЕМУ РУССКИЕ БЕЗЗАЩИТНЫ ПЕРЕД НЛП


На поразительную некритичность /=несубъектность/ нынешних русских обращают внимание многие аналитики. Вот и ведущий программы «Обозреватель» Андрей Егоршин в беседе с Дмитрием Фурманом затронул эту тему – «Что же надо сделать с нашими соотечественниками, чтобы они очнулись и пришли в себя, стали мыслить здраво». Дмитрий Фурман отвечал, что в ближайшие годы на такое лучше не надеяться. Впрочем, он допустил, что следующие русские поколения, возможно, поведут себя достойнее и захотят жить по-человечески.

Я подготовил заметку о нейролингвистическом программировании (НЛП), в которой описывались наиболее эффективные приемы воздействия на россиян с целью подавить их волю и достоинство, деморализовать их и превратить в быдло. Но почему так легко обмануть русских, повести их на самоубийство? Может быть, менталитет у них такой слабый, неустойчивый, подверженный всяческой духовной заразе? Нет, все люди и все народы в своей богочеловеческой сущности одинаковы.

Значит, есть какие-то исторически-преходящие причины нынешней русской беды. На ум сразу приходит антигосударственническая русская интеллигенция — как её называют, «духовный СПИД нации». Во многом на её совести – революции 1905, 1917 и 1991. Но похожая на нашу интеллигенция возникала и в других странах, и не только в периферийных, но даже в западных. Например, влиятельная протестная американская интеллигенция была очень активна в 1960-1970-ые годы и тоже чуть не пустила свою страну под откос, пока реформы Рейгана не ликвидировали интеллигенцию в нашем русском понимании и не заменили её «новыми средними слоями» постиндустриализма, «классом интеллектуалов». Тогда возникает вопрос – почему, в каких исторических обстоятельствах возникает интеллигенция?

Чтобы не уходить в дебри надстроечной исторической конкретики, обращусь к базису. Заострю – не может человек мыслить самостоятельно, если он финансово несамостоятелен. Материальная зависимость от государства, фирмы, работодателя корёжит глубины человеческой сущности, откладывается в подкорке, глушит субъектность. Да, возможна «индуцированная субъектность», возбуждаемая комплексами подражательства (обезьянничества), надстроечными воздействиями, формальными правами. Но нормальная подлинная субъектность взрастает лишь на почве экономической самодостаточности, которая возможна на базисе или частной, или долевой, или артельной собственности, но ни в коем случае – государственной.

Когда русский человек экономически самодостаточен, то есть на ренту со своей собственности может обеспечить себе прожиточный минимум, и если эта его самодостаточная собственность не находится под дамокловым мечом государственного произвола, как в нынешней полицеизированной и сознательно десубъектизируемой России, — то он ведет себя как нормальный человек, а не как обитатель дурдома. Увы, подавляющее большинство нынешних русских не обладают экономической самодостаточностью и не в состоянии содержать сами себя, зависят от государства или от хозяина, причем сами хозяева, вплоть до самого богатого из них (Ходорковский), тоже ощущают себя в подвешенном состоянии.

Отмечу, что в других бедных странах люди тоже чрезвычайно подвержены НЛП. Дело – не в национально-этническом менталитете, а в социально-экономических условиях жизни, в нищете. Если России когда-нибудь удастся совершить прорыв в постиндустриализм, то русские станут вести себя не менее здраво и прагматично, чем европейцы, малайзийцы, индийцы, новые китайцы, японцы, австралийцы. Но порочный круг «нищета-авторитаризм-забитость-внушаемость-рабство» разорвать снизу очень маловероятно, а русский «верх» настолько ошкурился, что стал самым главным погубителем русского народа.

Скурлатов В.

http://www.perunica.ru/vsako/6245-neyrolingvisticheskoe-programmirovanie-kak-manipulyaciya.html  





Категория: Всякое разное

<
  • 109 комментариев
  • 0 публикаций
24 апреля 2012 19:49 | #1

ВЕЛЕМИР

0
  • Регистрация: 23.04.2012
 
Толковый автор, толковая и статья.
Секреты политтехнологов по сути одни и те же самые, что и у базарных наперсточников. Те и другие "делают" лохов, но если вторые разводят на мелкие, то первые - по крупному.
Политтехнологии по массовому оболваниванию избирателей должны преследоваться в уголовном порядке даже строже чем бытовое мошенничество.
Но кто же из хазаро-оккупантов будет преследовать своих собственных наемных прохиндеев против своей же выгоды и власти?

--------------------

<
  • 80 комментариев
  • 0 публикаций
24 апреля 2012 23:24 | #2

дубина

0
  • Регистрация: 9.04.2011
 
Когда русский человек экономически самодостаточен, то есть на ренту со своей собственности может обеспечить себе прожиточный минимум, и если эта его самодостаточная собственность не находится под дамокловым мечом государственного произвола, как в нынешней полицеизированной и сознательно десубъектизируемой России, — то он ведет себя как нормальный человек, а не как обитатель дурдома. Увы, подавляющее большинство нынешних русских не обладают экономической самодостаточностью и не в состоянии содержать сами себя, зависят от государства или от хозяина, причем сами хозяева, вплоть до самого богатого из них (Ходорковский), тоже ощущают себя в подвешенном состоянии. Вся суть и соль...
Но нормальная подлинная субъектность взрастает лишь на почве экономической самодостаточности, которая возможна на базисе или частной, или долевой, или артельной собственности, но ни в коем случае – государственной. Пока мы-русские не начнём строить именно экономических САМОДОСТАТОЧНЫХ систем НА НАЦИОНАЛЬНОЙ БАЗЕ артельного, кооперативного,типа- МЫ ВСЕГДА БУДЕМ ЗАВИСИМЫ, И НАГИБАЕМЫ "НАЦИОНАЛЬНЫМИ" МЕНЬШИНСТВАМИ! НА САМОМ ДЕЛЕ И ТАДЖИКИ,И КАВКАЗЦЫ ДЕЛАЮТ ЭТО ПРЯМО У НАС НА ГЛАЗАХ (ВСЕ КЛЮЧЕВЫЕ МЕСТА ФИНАНСОВЫХ ПОТОКОВ КОНТРОЛИРУЮТЬСЯ ИМЕННО ЭТНИЧЕСКИМИ ГРУППИРОВКАМИ) И ТОЛЬКО РУССКИМ ССУТ В УШИ -ЧТО ТАААК ДЕЛАТЬ НЕЛЬЗЯЯЯЯЯ! Конечно нельзя-для многих тогда хорошей жизни приидёт трындец! Приидётся всем этим "новорусским предпринимателям" ехать по своим колхозам в кишлаки,где уже давно ничего нет,пасти баранов,и жить в саклях,частенько и без электричества!
Статья +100%,автору респект per

<
  • 161 комментарий
  • 7 публикаций
25 апреля 2012 19:18 | #3

Лада Ра

0
  • Регистрация: 9.12.2011
 
и если эта его самодостаточная собственность не находится под дамокловым мечом государственного произвола, как в нынешней полицеизированной и сознательно десубъектизируемой России
У меня возникло предположение, почему в нашем г-ве так быстро меняются законы. Просто в любом законе есть "лазейки", которые известны только "своим", но со временем происходит "утечка информации" и все больше простых людей пользуются этими лазейками, вот тогда и переписывают закон, создавая новые лазейки и прикрывая старые. Особенно это показательно на близкой мне сейчас теме земельных отношений. Например, документы удостоверяющие право собственности не часто, но регулярно меняются (конечно не бесплатно для владельца-обывателя).

<
  • 80 комментариев
  • 0 публикаций
26 апреля 2012 22:35 | #4

дубина

0
  • Регистрация: 9.04.2011
 
Цитата: Лада Ра
Просто в любом законе есть "лазейки", которые известны только "своим", но со временем происходит "утечка информации" и все больше простых людей пользуются этими лазейками, вот тогда и переписывают закон, создавая новые лазейки и прикрывая старые. Особенно это показательно на близкой мне сейчас теме земельных отношений. Например, документы удостоверяющие право собственности не часто, но регулярно меняются (конечно не бесплатно для владельца-обывателя).
Это показательный пример управляемого хаоса в системе,пока законы будут переписывать под сиюминутные выгоды и моменты- государство,как система, будет балансировать на острие лезвия. Соответственно это создаёт зависимость системы,и страны, от тех кто пишет законы... Это и даёт им власть!А законы у нас пишет знамо кто, юристы,самое бессовестное сословие, и барыги- в основном "цвет" jew народа...Всё то же что и с запланированным старением вещей,написав хорошие законы,эти
"народные" избранники будут уже не нужны,представьте себе человека, в наше время, отказавшегося от земного рая?! А законотворцы у нас так и живут,причём личная ответственность за принятие плохих законов растворяется и распыляется на всех "творцов",
так каждый вроде не причём,а всем не страшно за последствия(пока ). В Древней Греции-"колыбели демократии",любой свободный гражданин мог внести проект закона на общее обсуждение,только приходить на такие собрания с новыми законами должно было со своей верёвкой,что бы сограждане не метались в поисках оной,если новый закон был "неэффективным",к примеру! es Если бы ТАКИЕ правила действовали у нас,порядку было бы во многие разы поболе...

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Коды нашей кнопки

Просто скопируйте код выше и вставьте в свою страничку

Перуница. Русский языческий сайт

Пример баннера