Перуница

» » Географическое открытие Аляски и Ломоносов

История » 

Географическое открытие Аляски и Ломоносов

Географическое открытие Аляски и Ломоносов

Русский народ в течение многих веков продвигался в северную Азию, на берега Северного Ледовитого и Тихого океанов. Простые выходцы из его среды открывали горы и реки, озёра и моря. Их краткие письменные сообщения и безыскусные карты в ряде случаев являлись основой деятельности учёных исследователей; по их следам шли отряды правительственных экспедиций, обогащавшие науку картами неизвестных ранее районов, богатыми по содержанию географическими описаниями и ценнейшими коллекциями по ботанике, зоологии и этнографии.

Особенно богат такого рода фактами XVIII в., когда русские стали плавать по безбрежным просторам северного бассейна Тихого океана и открывать один за другим Алеутские острова и участки прибрежной материковой полосы северо-западной Америки. В этой связи весьма любопытно вырисовывается роль великого русского учёного Михаила Васильевича Ломоносова (1711—1765), внёсшего свою долю в историю географического открытия Аляски. Историческое понятие «Русская Америка» в истоках своего возникновения не может быть оторвано от М. В. Ломоносова, определившего в 60-х годах XVIII в. основы научного познания громадной территории Нового Света.

Ломоносова долгие годы интересовали проблемы русского мореплавания. За годы пребывания в Западной Европе он познакомился с состоянием морского дела в Германии и Голландии; тогда же у него создались некоторые представления и о морской экспансии Англии. Возвратившись в Россию, он обратил внимание на успехи русских морских путешествий. К этому времени только что закончила свою деятельность вторая Камчатская экспедиция Витуса Беринга и А. И. Чирикова, обогатившая географическую науку рядом крупнейших открытий в прибрежной зоне приазиатской Арктики и на Тихом океане. То, что русские корабли впервые в истории европейской цивилизации достигли берегов северо- западной Америки, вызывало у него не только поэтические строфы в одах, но и желание дать научные обоснования дальнейшему развитию отечественных географических исследований в неизвестных районах северного полушария.

Многогранный гений Ломоносова нашёл своё выражение и в области политико-географических идей и гипотез. Старинная географическая проблема северо-восточного прохода, т. е. мореплавания вдоль северных берегов Европы и Азии, вызвала у него уже в 1755 г. «Письмо о северном ходу в Ост-Индию», — утраченное произведение, смысл которого, несомненно, состоял в том, чтобы побудить русское правительство к изысканию сквозной трассы Северного морского пути.

Затем в 1759 г. Ломоносов выступил с оригинальным трактатом «Рассуждение о большей точности морского пути», в котором он дал описание и чертежи ряда приборов, обеспечивающих успехи вождения судов в морях и океанах, а также выдвинул проект учреждения «Мореплавательской Академии» — научной ассоциации для разрешения вопросов морской гидрографии, океанологии и географии.

Идеи развития русского мореплавания затронуты им также в «Слове похвальном Петру Великому», в поэме «Пётр Великий» и в ряде других научных и поэтических сочинений. Более того, подобные интересы были для Ломоносова повседневны: в своём рабочем журнале «Химические и оптические записки» он делал записи и рисунки различных морских приборов, которые должны были повышать научно-технический уровень отечественного судоходства и содействовать русскому флоту в его далёких плаваниях по неизвестным и необследованным морям и океанам.

Завершением такого рода научных начинаний и предложений Ломоносова является его трактат «Краткое описание разных путешествий по северным морям и показание возможного проходу Сибирским океаном в Ост- Индию», законченный им в сентябре 1763 г.,— менее чем за два года до смерти.

Этим трактатом Ломоносов весьма обстоятельно и разносторонне обосновывал проект исследования высоких широт Арктики. Когда трактат стал рассматриваться в Адмиралтейств-коллегии, возникло предположение о направлении полярной экспедиции к Шпицбергену, а оттуда в Тихий океан для изыскания морского прохода вдоль неизвестных тогда берегов Сев. Америки и её арктического архипелага. С целью разрешения такого рода задачи была сформирована экспедиция из двух больших парусных кораблей под начальством В. Я. Чичагова. Она совершила два рейса по направлению к берегам Гренландии уже после смерти Ломоносова.

Подготовка этой экспедиции происходила при деятельном участии Ломоносова; он написал для неё обширную инструкцию; он же обучал астрономическим наблюдениям штурманов экспедиции и делал доклады в Адмиралтейств-коллегии о картах и морских приборах для экспедиции. В это же время в Петербург поступили сведения о плаваниях русских промышленников к Алеутским островам.

Алеутские острова были открыты двумя кораблями тихоокеанского отряда второй Камчатской экспедиции в дни их плавания к берегам северо-западной Америки. Некоторые участники этого плавания привезли из своего путешествия различные меха, в том числе шкуры морского бобра, точнее, морской выдры или калана (Enhydra lutris или Latax lutris), а также шкуры морских львов, или сивучей, и морских котиков.

Вести о новых объектах пушного промысла быстро распространились среди русских промышленников пушнины. Русские устремились на Камчатку не только из городов Сибири, но и из многих мест Европейской России. С Камчатского полуострова промышленники стали плавать на небольших парусных судах на Командорские и Ближние Алеутские острова. Затем они стали продвигаться вдоль цепи всей гряды Алеутских островов, с одного острова на другой.

Одним из безвестных пионеров промыслового исследования Алеутских островов был мещанин из г. Яренска Степан Гаврилович Глотов. Своими географическими открытиями Глотов побудил Ломоносова выступить с проектом особой экспедиции по описи Алеутских островов и открытию Аляски.

Цепь этих событий такова. В сентябре 1757 г. небольшая компания купцов отправила из Нижне-Камчатска в плавание по Тихому океану за морскими бобрами старый бот «Иулиан»; штурманом судна оказался промышленник С. Г. Глотов. В составе экипажа находился также престарелый отставной казак Савин Пономарёв, облечённый правом приводить жителей неизвестных островов в подданство России. Некий торговый человек Пётр Шишкин, владевший грамотой и даже искусством составлять простые карты, оказался видным участником экспедиции. В плавание отправилось всего 42 человека.

Экспедиция С. Г. Глотова достигла сперва острова Медного и там осталась на зимовку. На следующее лето она оказалась на неизвестном острове из группы Алеутских — Умнаке. Тогда же ею был открыт остров Уналашка. Острова были населены алеутами. Русские провели на островах два года и девять месяцев. Глотов изучил алеутский язык и с особым интересом стал расспрашивать алеутов о существовании других островов. Из пояснений алеутов ему стало ясно, что на одном из таких островов «есть и лес стоячей; а какой именно, объявить на русском языке не знают».

К концу лета 1762 г. экспедиция Глотова вернулась на Камчатку. Камчатским властям, считавшим мореходов погибшими, были представлены не только меха морского бобра и лисицы, но и интересные географические документы. Путешественники рассказывали о новых землях. Пётр Шишкин предъявил карту островов. На Камчатке по поводу этого плавания были составлены от имени Глотова и Пономарёва особые «репорты» и «реэстры островов».

Географические документы экспедиции Глотова поступили сперва в Тобольск, в канцелярию губернатора Сибири, где обратили внимание на важность географических открытий простых русских людей. Документы Глотова были отправлены в Петербург. Их повёз: один офицер, вместе с которым направились и три купца — Илья Снигирёв, Иван Буренин и Семён Шергин. Эти купцы снаряжали в плавание бот «Иулиан».

Чем же особенно интересным отличались документы Глотова? Прежде всего тем, что они давали направление для дальнейших русских открытий в Тихом океане. «Реэстр дальних островов» Глотова содержал сведения об островах и материковом береге Северной Америки, начиная от острова Умнака вдоль цепи Алеутской гряды и побережья Аляскинского залива до южных островов архипелага Александра. В начале XVIII в. именно от этих последних островов началось усиленное проникновение испанцев и англичан в северный бассейн Тихого океана. Особенно важным в этом документе представляется то, что в нём впервые упоминается Аляска под названием «Алахшак». Карта Петра Шишкина изображала все эти острова, конечно, весьма условно, так как она была составлена примитивно, без градусной сетки, в манере «чертежей» XVII в.

В начале марта 1764 г. все документы Глотова поступили в Петербург. Ими заинтересовались в Адмиралтейств-коллегии и они стали известны Ломоносову, озабоченному в это время организацией полярной экспедиции В. Я. Чичагова. Ломоносов рассмотрел карту Шишкина и ознакомился с рапортами и реэстрами Глотова. Более того, он встретился с купцами Снигирёвым и Бурениным и побеседовал с ними об обстоятельствах плавания Глотова. Купцы едва ли могли сказать Ломоносову что-либо ценное, так как они сами не принимали участия в плавании Глотова. Прежде всего Ломоносов пытался определить действительное местоположение острова Умнака, но материал Глотова не давал для этого верных данных. Затем Ломоносов заинтересовался островом Алахшаком, т. е. Аляской. Материал Глотова давал основание предполагать, что этот участок суши является островом с лесной растительностью, лежащим севернее Умнака. Ломоносов предположил, что Алахшак обладает менее суровыми климатическими условиями, чем это надлежало бы при положении острова за полярным кругом. Из документов Глотова Ломоносов почерпнул некоторые географические сведения о природе Алахшака и Алеутских островов, а также по этнографии их обитателей.

Материал несомненно был более чем скуден. Тем не менее, Ломоносов, увлечённый идеей сквозного плавания русских кораблей по водам Арктики, признал возможным дать ему и своё картографическое изображение. В апреле 1764 г. он составил новую карту Арктики и северного бассейна Тихого океана, на которой обозначил «новообретённые» Глотовым острова, включая и остров Алахшак.

В итоге Ломоносов пришёл к мысли о необходимости более обстоятельного научного обследования островов, сведения о которых давал материал С. Г. Глотова. Эту мысль он связал с определением маршрута для экспедиции северо-западного прохода под начальством капитана В. Я. Чичагова. Сообразно этому, Ломоносов написал особую дополнительную записку к «Краткому описанию» под названием: «Прибавление второе, сочинённое по новым известиям промышленников из островов Американских и по выспросу компанейщиков тобольского купца Ильи Снигирёва и вологодского купца Ивана Буренина». Такую записку Ломоносов представил в Адмиралтейств-коллегию 24 апреля 1764 г.

Записка Ломоносова о необходимости гидрографической описи Алеутских островов и географического открытия Аляски легла в основу организации Адмиралтейств-коллегией особой экспедиции под начальством капитан- лейтенанта П. К. Креницына. Одной из задач этой экспедиции являлось установление географических очертаний Аляски и, в случае её островного характера, проникновение в более высокие широты северного бассейна Тихого океана с целью встречи с судами экспедиции В. Я. Чичагова.

Этот последний момент нашёл своё отражение в записке Ломоносова: «Примерная инструкция морским командующим офицерам, отправляющимся к поисканию пути на восток Северным океаном». Эту записку подписали все члены Адмиралтейств-коллегии и сам Ломоносов. Дата подписи — 4 марта 1765 г., т. е. менее чем за полтора месяца до смерти Ломоносова. В «Примерной инструкции» Ломоносов писал и о том, что в случае пересечения экспедицией Чичагова полярных вод и подхода к берегам Сев. Америки русские полярные моряки должны были бы искать встречи с экспедицией П. К. Креницына именно в районе предположенного местоположения Аляски.

По указаниям Ломоносова, выраженным в «Примерной инструкции», мореплаватели по достижении Аляски должны были «на пристройном месте, которое у моря близко, и на высоте издалека видно, скласть из камней высокой маяк и на нём утвердить великой деревянный крест и сверх того учинить самые наиприлежнейшие обсервации для назначения долготы и широты места, и сняв, как водится, оного берега с разных сторон виды и планы, положить на карту; и прежде отъезду вырезать при оном кресте разными литерами на доске... имена судов и командиров, год, месяц, и число, когда сие место Российскими мореплавателями сыскано, и посвящено под Российскую державу ...».1

_______
1 В. А. Перевалов. Ломоносов и Арктика. Из истории географической науки и географических открытий. М.—Л., стр. 372, 1949.

Таков был проект Ломоносова в отношении открытия Аляски.

Характерно, что мысль о необходимости правильного определения географического положения Алеутских островов и Аляски не оставляла Ломоносова даже в дни болезни. Так, например, в октябре 1764 г., будучи тяжело больным, он тем не менее продолжал интересоваться поступавшими сведениями о географических открытиях русских промышленников на Тихом океане и в районе Чукотского полуострова и по этому поводу высказывал свои соображения в письмах к президенту Адмиралтейств-коллегии И. Г. Чернышёву. Его соображения клонились к тому, чтобы обеспечить приоритет русских географических открытий в Арктике и на Тихом океане.

Последнему положению, собственно, в значительной мере подчинено и само «Краткое описание» Ломоносова. Оно как раз заканчивалось советами русскому правительству быть политически дальнозорким и принимать меры к охране своих территориальных интересов в водах Арктики и северного бассейна Тихого океана. Видя стремления Англии к экспансии, особенно развившееся после Семилетней войны в Зап. Европе, Ломоносов предостерегал об опасности нарушения этим государством приоритета русских географических открытий. В то же время он писал и о том, что «Российское могущество будет прирастать Сибирью и Северным океаном и достигнет до главных поселений Европейских в Азии и в Америке».

Думая о географическом открытии Аляски, Ломоносов давал совет об организации купеческой компании для использования природных богатств Аляски, в первую очередь пушных.

Русская экспедиция по описи Алеутских островов и Аляски под начальством П. К. Креницына, достигшая в 1768—1769 гг. Аляски, дала ценнейший географо-этнографический материал и подкрепила приоритет русских географических открытий в этом районе. Под влиянием идей Ломоносова действовала и экспедиция Г. А. Сарычева 1785—1793 гг., определившая пути дальнейших русских географических исследований на Тихом океане.

В конце XVIII в. получила осуществление и мысль Ломоносова об учреждении торговой компании для использования природных богатств Аляски. Её основателем был купец Г. И. Шелехов (1747—1795)—«Колумб российский». В 1781 г. он учредил торговую компанию с центром на одном из островов Аляскинского залива (остров Кадьяк). Вскоре эта компания расширилась и в 1794 г. приняла название «Объединённой Северо-Американской». После смерти Шелехова, к ней присоединились другие компании русских купцов, и с 1799 г. она стала называться «Российско-Американской компанией».

«Российско-Американская компания» строила селения для русских поселенцев, открывала школы и больницы для коренных жителей. От смешанных браков русских с аборигенами северо-западных берегов Америки вышло немало лиц, вложивших свой труд в географическое познание Аляски. Культурное влияние «Российско-Американской компании» памятно до нашего времени. Ею был основан на острове Ситха город Ново-Архангельск. В 1812 г. деятели компании основали под 38° с. ш., недалеко от современного Сан- Франциско, на реке Славянке посёлок Росс — самый крайний южный пункт продвижения русских в Америке.

Так создался период «Русской Америки», замечательный разносторонними географическими исследованиями. К зарождению этих исследований, как можно видеть из изложенного, причастен и М. В. Ломоносов, гениальный сын великого русского народа.

В. А. ПЕРЕВАЛОВ
Природа 1950 №11

https://www.perunica.ru/istoria/9763-geograficheskoe-otkrytie-aljaski-i-lomonosov.html  





Категория: История   Автор: Михайло Ломоносов

<
  • 1 комментарий
  • 0 публикаций
23 сентября 2018 19:03 | #1
0
  • Регистрация: 23.09.2018
 
Информация интересная, но несколько не точная и поэтому не полная. Такая точка зрения вполне имеет право быть, но это односторонний взгляд со стороны только Московии начала 18-го века. А если посмотреть под другим углом? Если посмотреть старинные карты 16-18 веков, то вырисовывается несколько иная картинка истории нашей страны и Аляски в том числе. Самое удивительное, что ни на европейских картах и тем более российских до 1800 года вы Аляску не найдёте. Вот здесь приведены две (и есть ссылки на целый каталог карт того времени) карты, считавшиеся на то время самыми достоверными. И там нет Аляски, при этом бросается в глаза, что на английской карте почти половина Северной Америки отмечена как "неизвестная территория". И это-то после почти 300 лет "открытия Америки"?! Российская карта тоже интересная: так называемая "Московия" на ней очень подробно прорисована, а вот дальше уже в общих чертах. Странно? Нам же ещё в школе говорили, что был некий Ермак, который ещё в 16 веке завоевал и присоединил СИБИРЬ. Тогда возникает вопрос - а что же тогда "завоевали и присоединили"? Не было ли и с Аляской и побережьем (между Америкой и Дальним Востоком) Тихого океана нечто подобное?

Почему-то ссылка на карты "не удалась" повторяю ещё раз.

Виноват в ссылку закралась ошибка, вот эта ссылка верная.

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Коды нашей кнопки

Просто скопируйте код выше и вставьте в свою страничку

Перуница. Русский языческий сайт

Пример баннера